К чему играться в непонятные и никому не нужные игры?

Для ужина с Марком она выбрала брюки-палаццо, шелковую блузу и туфли на невероятно высокой шпильке. Волосы собрала в строгий хвост. Хотела сходить к визажисту, потом передумала. Минимум косметики – то, что нужно. Тон, тушь, немного румян и блеск для губ. С этим она справилась сама. Неизменны остались лишь духи с лавандовыми нотками.

По тому, как потеплели глаза Марка, когда он увидел её, она поняла, что с выбором не ошиблась. Ещё одним подтверждением того, что она нравится мужчине, послужило объятие Марка. Он прижал её к себе, когда помогал выйти из машины.

– Я с ума схожу от твоего запаха, – прошептал он ей на ухо и протяжно втянул воздух вокруг её волос, отчего Олеся снова покраснела.

Его жест был таким интимным. Таким… собственническим. У Леси закружилась голова, и девушка с готовностью прильнула к Марку плотнее.

Администратор проводил их к ранее заказанному столику. Марк учтиво отодвинул стул, помогая ей сесть. Убедившись, что у неё всё хорошо, он занял место напротив.

– Сделаем заказ?

– Давай.

После того, как официант отошёл от них, Марк откинулся на спинку дивана и без улыбки спросил:

– Кто ты, красивая девочка Олеся?

Олеся ожидала подобного вопроса.

На её лице заиграла легкая улыбка.

– Девушка, которая в данный момент испытывает к тебе симпатию.

– Хитрая. Правильно тебя Марта называет Лисичкой, – мужчина подался вперед, точно желал более внимательно рассмотреть эмоции Леси, которые она не спешила обнажать.

– Похожа?

Ей хотелось кокетничать.

То, что она ни разу себе не позволяла. Не с кем было.

– Сходство определенное есть. Знаешь… В тебе есть все то, что цепляет мужчин.

Ты красива, загадочна. Не вульгарна. Напротив, смущаешься и иногда выглядишь так, словно потерялась, отчего тебя сразу же хочется защитить, прижать к себе, отогреть.

– Как интересно.

У неё едва с губ не сорвалось, что к пункту «прижать к себе» она ничего не имеет против. Сама, смотря на Марка, вспоминает, как он трогал её. Ласкал. Голова при этом начинает слегка кружиться, и по всему телу проходит волна предвкушения.

– Интересно – не то слово. Хочешь признание?

– Конечно.

– У меня есть возможность собрать о тебе всю информацию, Леся. Начиная от пеленок и заканчивая тем, что ты предпочитаешь читать перед сном и какой соус любишь.

Но я не хочу, – на мужском лице не дрогнул ни один мускул. – Хочу, чтобы ты сама рассказала то, что посчитаешь нужным.

Олеся повела бровью.

– Теперь у меня возникает вопрос: кто ты, Марк Тойский?

Внутри что-то дернулось, спазмой отозвавшись в животе.

Олесе не хотелось, чтобы за её спиной выясняли, чем она живет.

Какое у неё прошлое.

Не надо…

Она не готова раскрывать ту сторону своей жизни. Всю грязь, боль, отчаяние.