Ведь ему спас жизнь великий воин, без оружия победивший полный боевой отряд хралов, да еще и маг в придачу – как он поразил последнего храла громом. А раз господин Маг спас ему жизнь, то он, Аральф, отныне его вассал! Только бы он не отказался от клятвы… Ведь тогда ему, Аральфу, придется вырывать себе сердце, а он даже не знает в точностях всей процедуры – только один раз и довелось видеть ритуальное самоубийство. Кто бы мог подумать, что нелюбимый младший сын от рабыни удостоится чести вассалитета. Он поднялся на ноги, поднял с земли свой иззубренный меч, взялся одной рукой за рукоять, второй за лезвие, встал перед Йаархом на колени и, протянув спасителю меч плашмя на вытянутых руках, произнес:

– Господин Мой! Прими мою клятву.

Хранитель немного растерялся.

– Клятву? Какую клятву? – переспросил он.

Аральф медленно бледнел. Видимо, столь великому воину не нужен такой никчема, как он…

«Стой, идиот! – раздался в голове Йаарха голос Меча. – Сначала, значит, спас мальчишку, а теперь убиваешь? Или тебе понравилось смотреть, как чужие кишки наружу вываливаются?»

«Не понял. В чем дело? Чем это я его убиваю?», – удивился он.

«Ну и дела, – ворчал Меч, – в первый же день нарвались! Он же тебе вассальную клятву принести собрался, он же теперь твой душой и телом…»

«И на кой хрен мне вассал? – возмутился Хранитель. – Пусть себе идет на все четыре стороны»

«Если ты не примешь его клятву, – почему-то устало ответил Меч, – он обязан будет вырвать себе сердце»

Йаарх пришел в ужас.

«Таков закон. И установил его твой предшественник, как я его не отговаривал, установил как заклятие. Давший вассальную клятву не может сделать ничего против своего Господина, даже если тот будет насиловать его малолетнюю дочь. А если попытается предать, тут же умрет от разрыва сердца. Сколько уже магов пытались раскрыть загадку заклинания вассалитета, но ни у кого ни фига не вышло»

«Но мне не нужен вассал! – продолжал возмущаться Йаарх. – Я – не рабовладелец!»

«Вассал, батенька – не раб, но он служит интересам своего сюзерена. А если откажешь мальчишке, то будь добр, убей его сам, это будет милосерднее. Ведь он обязан все сделать по ритуалу, а это, уж поверь мне, очень долго и очень больно…»

«Ну ладно, – буркнул Йаарх. – Я согласен»

«На что согласен, взять али прирезать?»

«Взять, конечно!», – искренне возмутился землянин.

«Вот и отлично, – усмехнулся внутренне Меч. – Повторяй за мной»

Помертвевший от предвкушения скорого уже ритуала смерти Аральф с последними искорками надежды всматривался в лицо своего спасителя. Тот стоял и как будто вслушивался во что-то. Стоял довольно долго. Потом кашлянул и сказал:

– Хорошо, Аральф. Я приму твою клятву.