А ведь хотела же три года назад утопить его в этой реке, что меня остановило?! Такой жаркой игры не встретишь на экране. Только и слышались громкие хлопки по мячу, кряхтение и бранные словечки. Счет сравнялся, одной из команд осталось набрать каких‐то пять очков, и дело в шляпе. Но ни один из нас не собирался отступать. Прежде чем встать на подачу, я сняла бомбер и швырнула его на стул. Замахнувшись, я отправила мяч соперникам, его перехватил Красильников. После третьей передачи мяч перешел к нам, и Женя, стоявший у сетки, жестко загасил его прямо перед носом Миленки.

– Шесть – пять, – подмигнул он.

Когда счет подошел к критическому значению девять – девять, наши нервы уже пританцовывали румбу. Пот стекал прямо на песок, несмотря на низкую температуру воздуха, мы уже играли в футболках, скинув куртки. Я стояла у сетки, Алик – напротив. Внезапно он схватился за нее пальцами, слегка задев мое плечо, и хитро ухмыльнулся. Я оцепенела. Не от страха, конечно.

– Готова опробовать майскую водицу?

– Мечтай, – сказала я ему первую фразу за вечер.

На мгновение перед моими глазами закружились картинки. Это была та же Пасека, только трехлетней давности – теплая, громкая. Я словно ощутила мягкий ветерок и солнечное тепло. Услышала плеск воды… Эта чертова ухмылка вернула мне воспоминание о том, какими мы были: вредными до посинения, каждый из нас мечтал насолить другому. Как там он меня называл? Крапивой?

– Эссенцева, едрить твою налево, внимание на сетку!!! – крикнула Воронцова.

Кажется, я впервые услышала от подруги такое выражение. Видимо, слишком долго пялилась в никуда. Мяч мельтешил перед глазами, решающий момент – Вова дал мне пас, в красивом прыжке я попыталась загасить мяч прямо под сетку, но длинный вышибала мгновенно перехватил мою подачу, мяч прилетел мне в лицо.

– Гайка! – донеслось со всех сторон.

Закрыв глаза, я старалась мужественно пережить боль от удара. Носа я не чувствовала совсем, только капающую из него жидкость. Конечно, перед купанием в ледяной воде осталось только перепачкать белую футболку кровью!

Открыв глаза, я несколько раз моргнула, чтобы прогнать звездочки. Алик встревоженно осматривал мое лицо, осторожно придерживая голову.

– Руки прочь, убийца! – материализовалась Милена.

– Чего?! Да я ж не специально! – Алик развернул нас в другую сторону от Милены и прошептал: – Аглая, все хорошо, перелома нет. Кровь уже не идет.

– Супер! – брякнула я. – Убери руки, не то засуну тебе этот мяч по самые…

Не успела я придумать пугающее продолжение, как Красильников рассмеялся мне в лицо.

– Надо же, все та же крапива.

– Надо же, все тот же придурок!

– Ты, может, забыла, что я на днях спас тебе жизнь?

– Что ж, теперь мы квиты.