Прикрывая собой жену, дядя Дима попробовал бежать, однако большая часть воды из ведра его все же окатила. Дядя Дима и тетя Оля расхохотались.

– Ах ты, шустрая девчонка! Попадись ты мне пятью минутами раньше!

– Я видела, как безжалостно вы поступили с Ефремовыми, – рассмеялась я в ответ.

– Передавай привет Вите и Наде! Пусть заходят в гости!

Тут‐то мне и прилетел удар. Повезло, что окатило лишь ноги, и все‐таки вся пятая точка мгновенно промокла. Я, ошарашенная, обернулась. Это был Андрей, гад такой!

– Офонарел?! Это разве по‐дружески?!

– Так ведь праздник‐то общий! – усмехнулся он.

– Анька! – выразительно посмотрела я на подругу.

Воронцова поняла меня с полуслова и тут же отправила литров пять воды в сторону Андрюхи. Этот хитрец не успел отскочить и теперь хлопал мокрыми ресницами.

– Ладно. Один – один. Пойдем за Грачевской?

И мы – мокрый Андрей, подмокшая я и почти сухая Анька – пошлепали к Миленке. У нее во дворе творился настоящий хаос – дети бегали друг за другом с водяными пистолетами, а наша подружка лежала в засаде, то есть в яме рядом со свинарником, и оттуда палила по младшим.

– Не вздумайте выдавать меня! – прошипела она, лежа на земле.

– Тогда вылезай оттуда и иди к нам! – позвал Андрей.

– Это что у вас? Ведра? – вскинула бровь Милена.

– Ага, наши орудия, – хмыкнула Аня.

– Оставьте их здесь, я возьму пистолеты. А этот пусть прогуливается со своим ведерком, нечего нам тяжести таскать. Кстати, а где Вова?

– Ты опять забыла? У его бабушки сегодня день рождения, – взмахнула руками я.

– Слушай, это ты себе забиваешь память всякими бесполезными датами! – проворчала в ответ Милена.

– Бесполезными? Тогда в следующий раз, когда ты спросишь, какого числа день рождения у Аньки или Андрея, я тебе не отвечу, – высунула язык я.

– Ты правда не помнишь?! – сердито уставилась на Милену Аня, скрестив руки на груди.

– Ой, все! Дайте мне уже руку и вытащите отсюда, ради бога!

– А где «пожалуйста»? – растянул слова Андрей.

– Р-р-р-р… – Из ямы послышалось невнятное рычание.

– Понял, – смекнул Андрей и пошел вызволять нашу злюку. – Слушай, Грачевская, а ты бываешь доброй? Хоть иногда?

– Только когда ты помалкиваешь!

– Все, ребят, брейк! – фыркнула Аня. Они действительно могли цапаться весь день напролет. – Пистолеты не забудьте.

Дождавшись их в заброшенном поезде, где пахло гниющим сырым деревом и подземкой, мы пошли гулять. Решив пока не попадаться на глаза деревенским, мы свернули в лес, который вел на левую сторону.

– Вы тоже это заметили? – спросил Андрей.

– Что? – хором выпалили мы втроем.

– Ну, что все… как‐то иначе. Что мы – другие.

Недалеко от нас подала голос кукушка.