Потому что, глядя на их любовь, нежность, преданность и заботу по отношению друг к другу, я не зачерствела внутренне, обозлившись на весь мужской род, а просто приняла как факт, что Давид не был моим человеком. Но тот, конечно же, где-то есть, и мы непременно с ним когда-нибудь встретимся.

— У Влада серьезная сделка на носу, вот он и нервничает немного. Не обращай внимания, — перевожу разговор в безопасное русло.

Зубков вообще по жизни слегка дерганный, и я к этому привыкла. Он не умеет сидеть на одном месте, всегда куда-то торопится, спешит, с кем-то созванивается, переписывается, фонтанирует идеями, торопится жить и всем этим явно уравновешивает мой намного более спокойный характер.

Спокойный…

Ага, особенно сегодня, когда чуть не подпрыгнула от страха на метр в высоту.

Ладно, забыли…

— Поэтому он сбежал в воскресенье, оставив тебя у нас одну? — ворчит подружка. — Сам же говорил, что будет счастлив здесь присутствовать.

Нелюбовь Сони к Зубкову для меня не секрет. Знаю, она переживает и хочет, как лучше. За это люблю ее еще больше.

— Не одну, а с Аминой, — улыбаюсь заботе, чувствуя, как на сердце становится теплее.

Когда Гроссо узнала, что я беременна и собираюсь рожать и воспитывать ребенка одна, она не отвернулась от меня, как сделали многие. Наоборот, стала опекать пуще прежнего, не поверила гнусным слухам и сплетням и ни разу не завела разговора, чтобы узнать про отца ребенка.

Она безоговорочно приняла мою сторону, защищая, как львица, и оберегая.

— Пусть так, хотя, как по мне, кроме его теплого отношения к моей крестнице, особых достоинств я в нем так и не заметила. Странный, скользкий тип, — фыркает Соня и тут же прикусывает язык. — Прости. Вы с ним слишком разные.

— Знаю, — совершенно не обижаюсь на правду.

— Надеюсь, ты это ответила на реплику «слишком разные», а не «странный и скользкий»? — ворчит близкий человечек.

— Сонь, он нормальный, — пожимаю плечами, — просто гиперактивный и деятельный.

— Ты уверена, что хочешь за него замуж?

— Нет.

Отвечаю честно и тут же чувствую, как напрягается плечо, к которому прислонилась. Что ж, я шокировала подружку."

"Не знаю, шампанское ли тому виной или внезапная встреча с Цикалом, но ответ слетел с губ раньше, чем успела подумать.

Хотя совсем не жалею. Все равно дальше Сони это не уйдет.

— Зачем же приняла кольцо? — София перехватывает обе мои ладони, поворачиваясь лицом к лицу, и заглядывает в глаза.

— Он так мило настаивал, да и обещал, что не станет торопить с браком, — объясняю смысл поступка, — сказал, кольцо на моем пальце его значительно успокоит. Вот я и согласилась.

— Юльчик-Юльчик, ты слишком добрая и боишься обидеть других, а они этим бессовестно пользуются.

Пыхтит недовольно Гроссо, а я улыбаюсь. Заботливая моя.