Затем он схватил зубами сосок и прикусил его так, что все тело Ольги судорожно затряслось, девушка застонала от резкой и тянущей боли, зажмурившись и скривив лицо.

Алиса задрожала, представляя, насколько больно сейчас Ольге. Мужчина проделал тот же трюк с другим соском. Жертва дернулась на кровати и снова вскрикнула, пытаясь высвободиться из веревок, связывающих ее руки и ноги. Старик снова мерзко захихикал и облизнул свои губы, на которых остались следы крови. Потом он подошел к ней вплотную и помахал стоявшим членом, постучав им по обоим бедрам. Член выглядел омерзительно и жутко, но судя по горделивому виду старика, он видимо считал, что обладает чем-то особенным. Он залез на Ольгу сверху, скользя по ней телом и размазывая кровь.

Раздвинув ее ноги, он пальцами раскрыл ее половые губы и грубо засунул свой член в промежность.

Она вздрогнула от неожиданности и приподняла голову, словно хотела удостовериться в том, что все происходящее – реальность, а не страшный сон.

Старик двигался внутри, его член входил и выходил из Ольги, он постанывал от удовольствия и лапал ее за ноги, а потом резко вынул инструмент и засунул его в окровавленный анус жертвы.

Ольга снова вскрикнула от боли, травмированная прямая кишка жутко ныла и каждое движение члена отдавалось резкой и острой болью.

Ощущая внутри посторонний предмет, доставлявший ей боль и дискомфорт, Ольга лежала, выпучив глаза. Мышцы болели, словно были порваны, а проклятый старик снова и снова делал ей больно, двигаясь внутри.

А потом она почувствовала теплую жидкость, вытекающую из ее ануса и стекающую по ягодицам. Старик содрогался от нахлынувшего на него оргазма и тяжело дышал.

Вечером, как и в прошлый раз, пришла медсестра. Алиса поняла, что это вечер, только благодаря ее приходу и тому факту, что после этого полностью пропадал яркий свет и оставалось только местное тусклое освещение, от которого становилось еще страшнее на душе.

Санитары быстрыми движениями заталкивали в Алису безвкусную кашу. Несколько раз она пыталась отвернуться или выплюнуть, но каждый раз получала подзатыльник, после чего принималась безропотно жевать эту мерзкую жижу.

А затем последовал укол… Что именно кололи, она не знала. И ей это было не важно. Ей не нравился эффект, которое оказывало это странное лекарство, но от него по-крайней мере, становилось чуточку спокойнее на душе и она могла хоть немного поспать.

Несмотря на то, что тело становилось ватным, разум продолжал работать и Алиса слышала, как в соседних камерах избивают самых строптивых, видимо есть кто-то еще, кто не желает кормиться кашеобразной дрянью.

А затем послышался снова голос хозяина. От этого голоса становилось по-настоящему жутко.