Почему лифт едет так долго!? Почему Володя стоит так близко?!

– Не совсем. Ты могла не хранить ничего на рабочем компьютере, ты же не дура.

Мне уже так не кажется.

– Нужно, чтобы ты ответила на несколько вопросов. И говорила только правду.

– К чему тебе моя правда, если ты мне все равно не поверишь, – шагаю вперед, когда двери лифта открываются. Но он заслоняет мне рукой выход.

– А ты попробуй, начни с правды о том, как тебе понравилось заниматься со мной сексом?

Я вздыхаю. Даже прикладываю руку к его лбу.

– Да вот думаю горячка у тебя или просто психоз? Ты вообще о чем-нибудь можешь думать кроме секса.

Он хмурится и берет меня за руку и тащит к машине, у которой Слава уже открывает дверь. Потом Володя выдает истину в последней инстанции.

– Мне хочется запереться с тобой на недельку и натрахаться вдоволь. Одного раза мне мало, это факт. Но думаю, что, когда мы поженимся, проблем с этим не будет.

– Да как ты можешь хотеть на мне жениться, если не доверяешь!

– Начну доверять. Я решил, что скорее всего ты действовала против меня из-за больной матери. Так что ты можешь начать завоевывать доверие.

Охренеть. Закатываю глаза и к окну отворачиваюсь. Он, конечно, близок к правде, но по сути очень от нее далек.

– И как же? Сделать минет прямо здесь?

– Ну если ты хочешь… – смотрит он, выжидая, а я открываю шире глаза, намекая, что он совсем ненормальный и помешанный на мне. Это было бы приятно, если бы он не узрел в нелепом обнимании измену и не раздул бы из мухи слона.

– Я имел в виду тот эпизод с парнем, который за тобой гнался, когда мы тебя в офисе поселили. Я так понимаю твой сводный брат?

– А-а, так ты вспомнил? Еще не все так плохо…

– Не ерничай, а просто расскажи все, как есть.

– И ты поверишь? – поднимаю брови.

– Ты расскажи, а я решу.

– Решатель блин, – бесит. – Ладно… В любом случае в пробке стоим.

Я начал понимать, что погорячился, когда Санек принес дополнительные материалы по Полине, а именно копии ее заявлений в полицию. Заявлений о домогательствах, которые не вязались с тем поцелуем на фотографии. Но кроме этого он показал копию ее заявления – доноса в налоговую и строительную городскую комиссию.

– То есть по доносу одной девчонки по нему началась крупная проверка? – сомневаюсь я, читая материалы, а Саша головой качает.

– Такое же заявление написали все обманутые дольщики. По ее наводке. Она даже создавала группу в социальных сетях, где призывала написать это заявление. В общем где-то в первых числах марта все это закрутилось.

– Я-ясно, а фото с Павловым когда было сделано? – никак не успокоюсь я.

– Да тоже в те дни, чуть раньше…

– Точнее, Сергеев. Ты мне можешь точнее числа сказать?

– Да, да, сейчас, – роется он в документах в своем ноуте. – А вот.