Беру телефон, чтобы набрать его, а тот опять выключен.

– Ты ничего с отцовским телефоном не делал?

– Не, нафига это мне? – гладит кота, сидя у окна. К себе не идет.

– Ну ты любишь пакостить.

– Кто старое помянет, слышала.

– Ага, – набираю Славу, и тот тут же берет трубку.

– Владимир Прохорович уже вышел из машины и идет домой, а я к себе поехал.

– Спасибо, Слав. До понедельника.

Я иду к двери, а Тимур как будто застывает, словно знает, что ему влетит. Открываю дверь, когда Володя выходит из лифта, и сразу к нему подхожу.

Он пьяно улыбается, и уже по взгляду вижу, что объяснить ему что-то будет сложно. Хочу отступить, но он меня ловит за рукав длинной кофты. Тут же прижимает к стене, большой, горячий, надежный и такой любимый. Я только рот открываю, чтобы ему все объяснить, а он уже губы в плен берет. Толкает язык сквозь зубы, даря вкус виски, кофе. Сейчас такие неповторимые, что меня вмиг закручивает желание, и я сама к нему прижимаюсь всем телом. Ведь от него фиг вырвешься. Да и как сопротивляться пьяному, возбужденному мужику, которого сама каждый день взглядом пожираешь, ночью об объятиях мечтаешь.

– Твой отчим в сауну меня звал к шлюхам, но я только посмеялся. Зачем мне другие, когда у меня тут свое сокровище. Пойдем к тебе, пока Тимур не понял, что я вернулся, – целует он мою шею, мнет задницу пальцами, а я еле держусь, чтобы не согласиться.

– Ох, Володя, я, конечно, за…Только.

– «Только» оставим на потом. Я неделю шел у тебя на поводу по дурацким причинам, сегодня точно тебя трахну, – поднимает он меня вверх по стене, а я бью его кулаками по спине.

– Только Тимур у меня, Володя!

Он словно трезвеет. Взгляд становится осмысленным и сразу стреляет в мою дверь. Володя спускает на меня на ноги и хмурится.

– Ну там смешная такая ситуация, – стою на пути Володи, но он меня отодвигает и идет к двери моей квартиры. Но я снова его торможу. – Тимур собирался приготовить ужин, но не уследил. Я успела вовремя и там нет почти никаких последствий.

– Ты вообще слышишь меня или для этого мне нужно раздеться?

– Нет, – приходит он в себя, и я тяну его в квартиру, где Тимур так же сидит у окна. – Ты уроки сделал?

– Да, – огрызается тот, и я вздыхаю.

– Садись. Чай налить? – он кивает, смотря на затылок сына, а я бегом организую чай, убираю все лишнее с небольшого стола. Любопытство мучает меня, что они там наговорили и почему были в сауне, а не на бойцовском ринге. – Теперь рассказывай.

– Что? – жует он кекс, запивая чаем. – А-а, про твоего отчима. Павлов скользкий тип. Впрочем, я это и раньше знал. Такие без вазелина в любую дырку залезут.

– Володя! – шиплю я, кивнув на Тимура.

– Ой, он в своей школе больше нас с тобой слышит. Короче, я решил, что не буду с ним ссориться.

– С Павловым. Отчимом твоим.