Ну, и где же пьянствует некогда вполне респектабельный Владимир Яснев? Сабина увидела невдалеке темнеющий в сумерках лес и содрогнулась – неужели ей предстоит на ночь глядя блуждать по чащобе?

Мысль о том, чтобы снова ломиться в дверь, дабы уточнить местонахождение неведомой поляны, Сабина удавила в зародыше. Надо было прибегнуть к элементарной житейской логике. Бабулька-колобок сказала про поляну так, словно все в городе должны были о ней знать. Наверняка это какая-то местная достопримечательность, место встречи аборигенов-алкоголиков или что-то в этом роде.

– Простите, – обратилась Сабина к пробегавшему мимо мужичку бомжеватого вида. – А где у вас здесь поляна?

– Так вот! – мужичок ткнул длинным кривым пальцем куда-то за спину Сабины и потрусил дальше.

Она обернулась, но увидела лишь тот самый подъезд, из которого только что вышла.

– Стойте, стойте, – крикнула она вслед прохожему. – Я не поняла, где это!

– Да вот же, – ответил мужичок, обернувшись. – На первом этаже, только с той стороны.

Так и не догадавшись, что может находиться на первом этаже с другой стороны дома, Сабина все же совершила сложный маневр и, к своему изумлению и неописуемой радости, оказалась перед бледно-желтой светящейся вывеской: «Поляна.

Кафе. Бар».

Яснева, внешность которого Таня Савченко описала ей довольно подробно, она обнаружила быстро – он сидел в одиночестве за столиком в углу большого прокуренного зала и тоскливо глядел в окно. Перед ним стояла почти пустая бутылка «Ред лейбл», стакан с толстым литым дном и две тарелочки – одна с тонко нарезанным сыром, вторая – с оливками. Светлый пиджак висел на спинке стула, узел галстука распущен, рукава бежевой рубашки закатаны по локоть.

Сейчас он был похож на торговца ценными бумагами после краха нью-йоркской фондовой биржи.

– Здравствуйте, Владимир, я могу с вами поговорить? – вежливо обратилась к нему Сабина.

– Садись, – равнодушно бросил Яснев, даже не взглянув на нее. – Пить будешь?

– Обязательно, – с чувством произнесла Сабина, которая уже давно мечтала о глотке минеральной воды или холодного сока.

– Тогда подожди, – вяло промолвил Яснев и, с трудом поднявшись, направился к барной стойке.

Оттуда он вернулся через пару минут с новой, непочатой бутылкой виски и пустым стаканом, который поставил перед Сабиной.

– Ой, нет! Я ведь не то имела в виду, – начала было она, но Владимир не дал ей договорить.

– Понятно, значит, пить не будешь, – без особого удивления констатировал он. – Ну, тогда я сам.

– Подождите, я только за водичкой схожу и вернусь. Мне поговорить с вами надо, – сообщила Сабина, не зная, какая за этими словами может последовать реакция.

Однако никакой реакции не последовало.