— Алмазов… вы умудряетесь доставлять мне проблемы даже вне училища. Я уже успел обрадоваться, что больше вас не увижу, как появился этот малёк.

— Только не говорите, что он вам не нравится. Иначе бы инициация не прошла.

Инициация могла пройти, только если и питомец, и хозяин искренне того желали. А вот осознавали ли они это желание — другой вопрос.

— Не буду, — хмыкнул генерал. — Но когда он вырастет, что мне с ним делать?!

— Хорошо кормить магическим кормом и отправлять на охоту за другими регатами. Это же не просто питомец. Это идеальное оружие. Основные правила воспитания вам Дмитрий Павлович расскажет, у меня скоро связь оборвётся.

— Ладно, Алмазов. Пока этот малёк мне не сильно надоедает, чтобы его убивать.

— У вас не получится его убить, не врите самому себе. Скоро вы заметите, что малёк передаёт вам свои эмоции…

Связь резко оборвалась.

Проверил, на индикаторе исчезли все палочки. Значит, Антон Викторович уже передал свой отчёт, и теперь я снова могу обмениваться лишь сообщениями через наш усилитель сигнала.

За малька, который прибился ко Льву Борисовичу, я не переживал. Пусть генерал пока не в моём ордене, но с воспитанием питомца справится. Лев Борисович пока сам не осознаёт, какая удача ему привалила.

Было уже поздно, поэтому решил не идти смотреть фильм. Всё равно там концовка осталась, самое интересное я уже пропустил.

Ночь прошла без происшествий, а вот за завтраком в столовой царила гробовая тишина. А я то и дело ловил на себе косые взгляды.

О, а вот у стола с десертами стоит та, кто сможет объяснить, в чём дело.

— Диан, что тут происходит? — спросил я у Голицыной.

— Ты о чём? — она обернулась ко мне, держа в руках тарелку с куском медовика.

— Никто не говорит. И хоть сейчас я стою спиной к столикам, но уверен, что все глазеют на меня.

Диана посмотрела мне за спину и усмехнулась.

— Уже не смотрят. Но ты прав, глазели, — она специально говорила громко, чтобы смутить кадетов.

— Они словно ждут, что в меня сейчас молния ударит.

— Ну почти. После дуэли все ждут реакции императора. Но думаю, дело не в этом… Вчера погибли пятнадцать человек. И я слышала шепотки, что ты смог приручить этого монстра, — тихо закончила Диана.

— Смог, и что с того?

— Ты правда не понимаешь? — Голицына продолжала говорить шёпотом.

— Нет.

Я бы понял реакцию, будь это первый мой приручённый монстр. Но когда я показывал миру Зубастика, реакция была другой. Сейчас же, стоило мне обернуться, кадеты отводили взгляды… словно боялись меня.

— Теперь каждый понимает, что с тобой лучше не связываться. Раз ты смог приручить двоих регатов, сможешь и третьего. И если бы я не успела узнать тебя достаточно, то тоже после вчерашнего держалась бы подальше, — тихо объяснила Диана. — В потенциале, ты повелитель монстров.