Черная лента взвилась, со свистом разрезая чары на две части, и пламя отклонилось в стороны, обтекая меня с двух сторон, горячими огненными волнами. В воздухе запахло палеными волосами и шерстью — всё-таки зацепило, и плащ сзади вспыхнул.

Я крутнулась на спину — оборвать застежки, и тут же оказалась на ногах, змейка, как хлыст, крутилась вокруг, с нервными щелчками ударяя по полу.

Серые внизу замерли в ожидании команды, а сверху наоборот — зашевелились, я перестала играть и транс постепенно отпускал.

Щелк-щелк — лента скользит по полу, обвиваясь вокруг ног.

Что дальше? Ударят вместе? Артефакты кончились, а двенадцать плетений одновременно не отразить и воительнице Мары.

— Какие приятные сюрпризы… преподносят новые артефакты Блау, — Я-син следил за кончиком черной ленты, а пальцы мелькали быстро-быстро, складывая новые чары. — Вместе, — серые шагнули вперед, повинуясь команде, щелкнули кольца и… факелы на стенах колыхнулись, рвано мерцая, потянуло сыростью и тем самым особым запахом, который знает каждый, кто спускался в катакомбы. Сырой и влажный, терпкий и противоестественный. Ядовитый. Запах тварей.

Я — звала, и они — пришли.

Дальше все смешалось за доли мгновений — тяжелая, обитая металлом дверь вылетела вместе с порывом ветра и приземлилась у другой стены зала, зацепив двоих и впечатав в стену, факелы потухли, вспыхнув последний раз, и в отблесках было видно, как первые черные тени влетают в зал, помедлив на входе — где цель? Кто звал? Кто враг?

Серые развернулись и перестроились мгновенно, сочтя тварей более опасными, в темноте вспыхнули магические светляки, но… крови было не достаточно, чтобы их сочли своими. Слишком мало, чтобы быть тварями и слишком много, чтобы оставаться людьми.

Я выдернула флейту из-за пояса и взяла первую резкую ноту — неверно, но это хватило, чтобы все сразу пришло в движение.

Плотные тени двинулись слишком быстро — не успеть выплести и узла, и били тех, кто зажёг свет — твари любят тьму.

— Погасить свет!!! — голос Я-Сина ломался. — Погасить!!!

Я-син понял всё первым и рванул ко мне — всего десять шагов, точнее пять, но ему не хватило — мелькнуло белое крыло рукава, расшитое очень дорогими шелковыми нитями, и его отбросило куда-то в сторону.

А дальше… началась Грань.

Я играла так, как никогда в своей жизни, вкладывая всю силу в мелодию, всю мощь, всю ярость, которая копилась столько зим — я не мстила серым, я возвращала то, что должно было, то, что они заслужили.

Чтобы никогда больше…. пела флейта…

Чтобы никогда раньше… неслись ноты ввысь…

Убейте их, убейте их, убейте их….