На выходе из базилики к ним присоединились ветераны Мария, числом с дюжину.

– Мне очень жаль, – извинился один из них. – Больше никто не пришел. В наши дни все боятся оптиматов.

– Ничего страшного, – сказал Лабиен. – Мы идем к реке. Поведем Цезаря вдоль нее, чтобы не идти мимо Форума.

– Хорошая мысль, – одобрил ветеран. – На подступах к Субуре со стороны Форума я заметил вооруженных людей, и они не из наших.

В разгар беседы они увидели македонян.

К ним подошел Пердикка, прочие остались, где были.

Ветераны встали между Цезарем и молодым македонянином.

– Пустите его, – сказал Цезарь.

Бывшие легионеры расступились.

Пердикка подошел к Цезарю.

– Невиновен. Полностью. Это и есть ваше хваленое правосудие?

Цезарь не знал, что ответить. Македонянин не ждал никаких объяснений. У него были другие, более неотложные задачи. Он вернулся к своим.

Ливень хлестал с удвоенной силой.

– Идем, во имя Юпитера! – воскликнул Лабиен. – Наемники Долабеллы вот-вот настигнут нас!

И они быстро зашагали вниз по улице, в направлении Тибра.

Долабелла и его охрана вышли из базилики, оглядываясь по сторонам.

– Во имя Геркулеса! – воскликнул сенатор, почувствовав на лице хлесткие струи дождя.

– Они идут к реке! – объявил один из наемников.

– Вперед, за ними! – приказал Долабелла.

Его не остановили бы ни дождь, ни сильнейшая буря. Сейчас он был способен на все. Он держал себя в руках на этом шутовском суде и терпел оскорбления мальчишки несколько недель подряд, но теперь все позади. Они подходили к галерее. На этот раз он по-своему разберется со своим личным врагом, а гроза, разогнавшая горожан по домам, опустошила улицы, чтобы никто не помешал Долабелле вершить свою справедливость. Он был счастлив, возбужден, взволнован, как во время охоты на Сатурнина, побитого камнями в здании Сената. Только при встрече с Цезарем в ход пойдут не камни, а кинжалы.

– Вот они, – тихо заметил Архелай, когда Долабелла и его охрана вышли из базилики.

– Давайте покончим с ними, – решительно пробормотал Пердикка.

Горстка вооруженных македонян бросилась в погоню за Долабеллой и его наемными убийцами.

Цезарь и Лабиен не просто поспешно шагали. Они бежали. Их сопровождали десять ветеранов, которые раньше служили в римском войске под началом дяди Цезаря, участвовали в битве при Аквах Секстиевых и других великих сражениях, но теперь были в годах и ни во что не вмешивались.

– Идем… помедленнее… или мы останемся одни, – пробормотал Лабиен.

Цезарь резко замедлил шаг.

Его друг собирался сказать, что останавливаться тоже не стоит, как вдруг сообразил, почему Цезарь остановился: путь им преградили вооруженные люди – несомненно, очередные наемники Долабеллы.

– Бежим на пристань, – подсказал Лабиен.