Вот пусть и развлекаются тут вдвоем.

- Спасибо за помощь, мсье, она очень вовремя, - выхватила я из рук мужчины капустные листья и поспешила к Лансу. Пора было и на ноге повязку проверить и ослабить её, если отек увеличился.

- Мадам… позвольте представиться – Эжен Ожаро, су-лейтенант фузилер, - неслось мне в спину.

Пришлось приостановиться, обернуться, присесть, улыбнуться:

- Мне очень приятно такое знакомство, су-лейтенант. Мари дю Белли, - представилась я коротко. Не хотелось хвалиться тем, что Маритт еще и хорошо рождена – счастливой ее это не сделало.

Но что делать? У рождения есть свои привилегии и есть свои права, которые у них тут не принято нарушать.

Он взрослый мужик и знал на что шел, принимая офицерский чин. А парень приятный, и цвет глаз у него мой - редкий. Светло-серые… Духами не пользуется.

Мое отношение к Лансу нельзя было назвать нормальным - я упорно видела в нем ребенка. Хорошо хоть не своего - с головой пока порядок. С подсознанием уже, похоже - нет. Иначе не ловила бы себя на том, что подсчитываю: 36 – 17 =... И вполне… Если бы не проклятая мутация, у меня мог быть сын этого возраста… не Ланс, но Лёша – запросто.

Алекс… Александр. Да – назвала бы Сашкой. Всегда нравилось это имя.

Несмотря на то, что мальчишка видел меня голой и в процессе не самых эстетичных манипуляций, зла на него я не держала. Необъяснимо… но так. Зато сочувствие и бабья жалость зашкаливали, а еще ответственность. Отсюда и неодолимая потребность заботиться. По сути, он был первым лично моим пациентом, да еще и возраста подходящего.

Ночью его было жаль особенно, потому что тогда бедолага точно не притворялся. Во сне сосуды расширяются и чувствительность нервных окончаний возрастает.

Ему действительно было очень больно и предплечье тоже болело, хотя и меньше ноги. Оно опухло и посинело - сплошная гематома… Холод, капустные компрессы… через пару дней можно будет подключить тепло и мази. Это понятно… Я просиживала с ним по полночи, держа за руку или делая холодные компрессы на лоб - посторонние ощущения отвлекают от боли. Дешам громко храпел рядом - через стенку. Для него поставили еще одну кровать - колченогую и грубо сбитую, с матрасом, набитым сеном. Доктор спал богатырским сном и просто не слышал стонов больного, так что моя забота где-то была и оправдана. Да я просто не смогла бы уснуть!

Но вот днем… я подозревала что, увидев такое ответственное отношение, парниша стал сочувствием моим манипулировать. Грамотно это делал, не наглел, но и от себя почти не отпускал.

Я полдня готовила рассасывающую мазь из корней лопуха по рецепту Дешама. Мужчина знал прорву народных рецептов и отлично ориентировался в их применении. О чем это говорило? О том, что он постоянно ими пользуется. И я теперь тоже буду.