- Как он всё это провернул? Должно быть, было задействовано много народа? Тогда как вам удалось сохранить тайну?

- Всего пара человек, друг мой – пара надежных человек… В Книгу не втиснуть запись задним числом, но если подтереть запись о смерти и вписать туда другого человека, как родившегося… даже подписи свидетелей подделывать не пришлось. По легенде, мальчик почти с рождения воспитывался в монастыре. Нет… всё это прошло гладко – с такими-то возможностями! Труднее было другое – убедить Франсуа сменить имя, доказать, что это необходимость.

- Вы могли покровительствовать ему тайно.

- Нет! – резко поставил граф бокал на стол и по стенам запрыгали золотистые блики – свечи щедро подсвечивали драгоценный напиток.

- Я должен был дать ему всё, что могу и имею! Свою душу и сердце в том числе. Я рассказал ему всё, совершенно не жалея себя – так, как было. Зря Маритт опасалась осуждения с его стороны, она для сына – святая. Как и отец, впрочем…

Мужчины опять помолчали, потом де Роган вздохнул и произнес:

- Должен признаться вам кое в чем. Дело прошлое, но… Помните наш уговор – оставить мадам дю Белли лазарету?

- Отчего же? Я помню каждое мгновение с ней связанное. И что с этим уговором не так?

- Я нарушил его, продержавшись не более дня, - с сожалением, но всё же улыбался герцог, - воспользовавшись вашими откровениями, помчался завоёвывать её с подарком – зернами кофе. Но она спала. Вы не поверите, - встал он и прошелся по комнате:

- Ищу в себе стыд по этому поводу, а нахожу одно только удовольствие от тех чувств и воспоминаний. Я не готов был жениться на бесплодной женщине, но с немыслимой силой хотел её для себя, рядом с собой. Я будто сошел с ума тогда - догонял её и искал в По. Меня нечаянно направили по ложному пути, когда она исчезла. Я скакал через всю страну и по дороге заглядывал в каждый дилижанс, согревая на груди драгоценное колье для неё. Я будто с ума тогда сошел, понимая, что упустил её! - повторил он, крепко проводя рукой по лицу:

- Больше того - до дуэли с де Монбельяром оставались считанные шаги. Что творилось со мной, когда я узнал – слухи о бесплодии ложны! А она уже носит ребенка от другого. Я поднял все связи и изгнал дю Белли обратно за океан – к чертям!

- И что бы вы предъявили, как основание для дуэли? – тихо спросил граф.

- Ничего, - устало улыбался герцог. Эта эмоциональная вспышка выжала его, как лимон: - Оснований не было. А подослать убийц не позволила совесть. Мой посланник сказал – она выглядела счастливой. А потом… через годы – я просто понял её и испугался потерять уже как друга. Надеялся хотя бы на дружбу… и предал её – еще не начавшуюся, чтобы не предать нашу с вами. К тому же… женщина в горе не способна рассуждать здраво.