Выходит, что все безвозвратно мы потеряли? Посчитали, что это он сказал в состоянии аффекта…»

– Сегодня днем после очередного обстрела тяжелыми снарядами цитадели несколько наших парней из числа 1-го батальона 133-го пехотного полка, кому надоело сидеть на Южном острове и смотреть на крепость, ворвались через Холмские ворота в цитадель.

– Казармы у ворот были практически пусты. Там оборонялись несколько русских пулеметных расчетов и фанатиков из числа пограничной стражи. Несколько десятков раненых, половина из которых не жильцы на этом свете. Вот и все, кто противостоял нам все эти дни.

Они не успели оправиться от обстрела и занять позиции. Ждали сообщений от наблюдателей, а те погибли под завалами. Поэтому и удалось так легко прорваться через мост.

– Точнее некуда. Командир роты со взводными все облазили. В подвалах казармы нашли еще несколько фанатиков, пытавшихся сопротивляться, но быстро прекративших свое существование под огнем наших парней. Сейчас там идет зачистка штурмовыми группами и огнеметчиками. Пока держится церковь и район арсенала, но мы движемся вперед. Для овладения цитаделью нужны танки, большие огнеметы или огнеметные танки, а их пока нет.

Шлипер запросил их у командования корпуса. Когда выделят – неизвестно.

– Насколько помню, в воротах были баррикады и бронетехника?

– Была. Но пока ты прохлаждался по лагерям для военнопленных, наши артиллеристы смогли расчистить проходы. Расстреляли из противотанковых орудий баррикады. Да и снайперы постарались, подчистив русских.

– А что с Восточным фортом?

– Там сложнее. Все наши атаки отбиты. На завтра запланировано задействовать авиацию для бомбардировки укреплений.

Командир дивизии дал команду частям сначала закончить с цитаделью, а потом уже вплотную заняться фортом. Слишком большие потери.

– Что, настолько все серьезно? Сам понимаешь, я не читал последние сводки.

– За эту неделю дивизия потеряла убитыми около тысячи человек и примерно столько же ранеными. Еще около сотни числятся пропавшими без вести. Точных цифр пока нет, так как нет возможности найти и опознать всех. В первую очередь это касается цитадели.

– По нашим оценкам, примерно такие же. Около полутора тысяч убитых и столько же раненых.

Ну и пленные, конечно. Правда, по имеющимся сведениям, русские своих погибших стараются сразу же закопать. Поэтому оценить уровень их потерь сложно.

– Возможно, в их штабе обороны есть такие сведения?

– Не знаю. Есть предположение, что единого органа управления войсками в крепости нет. Спросишь почему? Ответ прост. После 26 июня больше не было переговоров с русскими. Хотя попытки с нашей стороны их организовать предпринимались. До этого такие встречи были и переговорщики прибывали быстро.