– Ну, если ты нормально объяснишь, в чём твоя проблема, может и добавлю, – отзывается Гром всё с тем же спокойствием.

Я не спешу вмешиваться. Во-первых, откровенно не хочется вступать в какую-либо полемику с этим бесстыдником. А во-вторых, я ж себя знаю – раз ответив, не смогу остановиться. Да и сам Григорий даже не смотрит на меня. Исключительно на Грома. Да с таким видом, будто тот его реально предал как-то.

– Объясняться тут стоит явно не мне. А вам двоим, – продолжает возмущаться он уже на повышенных тонах.

Что совершенно не поясняет суть его претензий. Вот и Гром это отмечает.

– Теперь дурачка из себя строить будешь? Думаешь, я не знаю? Я всё видел! Ваши фотки по всем чатам уже гуляют.

Судя по голосу, на этот раз Андрей хмурится. Я и сама не лучше. Он о поцелуе в машине, что я выложила на своей странице для сына? Его эта фотография так разозлила? Тогда почему во множественном числе?

– Ещё спрашиваешь, какие? – ещё больше бесится Гриша. – С вашей пьянки вчерашней!

Тычет экраном. На нём и правда наша с Громом общая фотография на фоне дома в период заката. Лучи заходящего солнца освещают его, отражаясь бликами на вымытых окнах и подсвечивая наши фигуры, придавая им лёгкость и воздушность. Мои рыжие волосы ярко сверкают красной медью, а борода Грома выглядит тёмной с шоколадным отливом. Очень красиво. А ещё мы на ней невероятно счастливые. Улыбаемся до ушей и обнимаемся. Действительно, как парочка.

Честно говоря, я даже не помню, как мы позировали для неё, кто это снимал, и что нас так развеселило в моменте. Для себя только делаю пометку, что надо бы найти её в чате и распечатать. Вставлю потом в рамочку и повешу в доме, как ремонт будет сделан. Пока же можно магнитом на холодильник прилепить.

Хотя всё равно не понятно, как это вяжется с претензиями Григория. У нас с Громом таких фотографий куча и даже больше. Так почему сейчас его это вдруг зацепило?

– Как одно вяжется с другим? Где тут логика? Там не только мы были, – озадачивается и Андрей.

– Но прямо сейчас под ручку именно вы тут выгуливаете. Я вас полвечера жду, – снова летит в нас претензией.

Мы всегда так гуляем, если уж на то пошло, и раньше это не было проблемой. Хотя за ручку мы прежде тоже не держались. Всё же я была замужем, чтобы позволять себе подобную вольность, каким бы близким другом для меня ни являлся Гром. Который напрочь игнорирует первое высказывание, отвечая лишь на последнее.

– Мог бы просто позвонить.

– Чтоб в очередной раз выслушать, как она мне по ушам проедется? – машет в мою сторону Судаков.

Да больно надо! Тоже мне пуп земли нашёлся.

Фыркаю насмешливо, не скрывая своего презрительного отношения к услышанному.

– Никто тебе по ушам не ездит. Выбирай выражения, – осаждает его Гром следом совсем мрачно.