— Ну как? Как ч ее возьму? Она ведь не сможет учиться по общей программе. Ни писать, ни читать толком на нашем языке ребенок не может. Наймите ей репетитора, а в следующем году приходите, — говорит директор.

— Я смогу, — не выдержав поднялась со своего места. — Буду стараться. Я учу язык сама. — упрямо смотрю на женщину в строгом костюме.

— Ты не потянешь программу, девочка, — тяжелый вздох.

— А как же адаптация? — включается Ольга. — Она сирота, вы не можете ей отказать и в кругу ровесников малышка справится с языковым барьером гораздо быстрее.

— Вам совсем не жало ребенка? — качает головой директор школы. — Не сможет она! Понимаете? Девочка говорит с трудом, а тут надо читать, понимать и выполнять задания.

— Если вы ее не возьмете, я напишу жалобу выше, — гнет свою линию моя тетя. — И не забуду рассказать, сколько денег вы собираете ежемесячно на несуществующие шторы! У вас тут школа? Школа! Вот и научите девчонку всему, что нужно. За что вы зарплату получаете?

А я стою и краснею. Так неприятно стало от этой некрасивой сцены. Директор сдалась, Ольга написала заявление и сразу же оставила мне здесь, бросив на прощание, что дорогу до дома я должна была запомнить и вернуться смогу самостоятельно, а у нее дела.

— Ужас, — вздохнула директор. — Ну и что мне с тобой делать? — я лишь пожала плечами. Мне то откуда знать? — Танечка, — позови мне Антонину Львовну, классную шестого «Е».

Стою, переминаюсь с ноги на ногу. Неудобно и ничего непонятно. Что делать? Как себя вести?

— Вызывали? — я оглянулась и встретилась с очень добрыми глазами.

— Вот, — директор кивает на меня со вздохом. — Американка. По-русски не говорит почти, не читает, не пишет. Ее опекун настояла на приеме в нашу школу для адаптации к новой стране.

— Ой, — педагог с сочувствием посмотрела на меня.

— Вот тебе и «Ой»! И не откажешь ведь. Что делать, ума не приложу. К себе возьмешь? Я тебе дополнительные часы поставлю, с ней придется заниматься. Как раз твой профиль.

— Возьму. У меня выбор есть?

— Нет, — улыбается директор. — Не бросать же девчонку. Глазки умненькие, упрямые. Может и выйдет толк. А нет, спишем в спец. Школу, как отстающую. Но надо попробовать. Для очистки совести.

Мой новый преподаватель взяла меня за руку, как в младшей школе и повела в класс.

— Ребята, у нас новенькая. Кейтлин… — глянула в документы. — Стоун, — между партами пошел удивленный шепот. — Прошу относиться снисходительно к англоязычной гостье и всячески помогать.

— Иди сюда? — подскочила красивая девочка с длинными светлыми волосами и медово-карими глазами. — Можно? — спросила она у педагога.

— Да, конечно, Ксюша. Спасибо, — девочка помахала мне рукой и с улыбкой пригласила сесть рядом.