Люстра бросает мягкий свет на пол и стены, на наш накрытый стол, и блюда от этого будто выглядят ещё аппетитней: на жареной индейке блестит масло, от горячих салатов поднимается пар.

Но, если быть честной, никто особо не ест. Мы заняты разговорами. Ведь ради них и состоялся этот ужин.

– Каталина сидела в библиотеке, когда я впервые её встретил, – говорит Гай.

Он врёт. Или врал мне, когда намекал, что встречал меня в коридорах университета ещё раньше.

Я подаюсь вперёд, забывая о приличиях и правилах сидения за столом.

– Могу поклясться, что не видел девушки красивей, чем ваша дочь, в тот день.

– То есть во все остальные дни видел? – шутливо замечает папа.

Мама делает такое выражение лица, будто хочет засмеяться, но напоминает себе всё о тех же приличиях.

Гай зато улыбается. И я вдруг вижу ямочку у него на щеке, у меня сердце так и пляшет. Прежде я её почему-то не замечала… Наверное, потому что улыбка вообще редко отражается на его лице, да и я едва могла пялиться на него в открытую. А сейчас я вдоволь наслаждаюсь этой возможностью.

– Вы безусловно одарили вашу дочь всем самым лучшим, – продолжает он. – Но я ведь приехал не просто для того, чтобы наградить её комплиментами.

Папа заинтересованно пододвигает стул ближе к столу, словно теперь услышит будущие слова парня куда лучше, чем если бы продолжал сидеть на миллиметр дальше.

– Я хочу вашего благословения. Вашего согласия на то, чтобы Каталина стала моей девушкой. И я готов на всё ради этого.

Меня словно шандарахнули молнией.

Он действительно сказал это… Действительно произнёс слова, которые я услышать была и готова, и не готова одновременно.

Изрядная наглость и смелость нужны, чтобы вот так предстать перед Джереми Норвудом и произнести подобные слова. Никто до Гая ещё на это не шёл.

– Так уж на всё? – усмехается папа. Я вижу в одном лишь его взгляде: он готов начать настоящую серьёзную игру. – Мы посмотрим, достоин ли ты её будешь. Но сперва расскажи о себе. Чем ты вообще занимаешься?

– Насколько я помню, ты отчислился из университета, – замечает мама. Для неё иметь высшее образование равно быть успешным, поэтому такому вопросу с её стороны я вообще не удивляюсь. – Ты ведь учишься где-то, я надеюсь?

– Перейти в новый университет меня вынудили некоторые семейные обстоятельства. Можете не считать меня безответственным человеком, я всё ещё учусь и параллельно работаю, занимаюсь бизнесом отца.

И тогда папа, несмотря на то что просил Джозефа навести на него справки ещё в самом начале и много чего о нём знает, интересуется его семьёй. Он просит рассказать о ней подробнее, и я в нетерпении принимаюсь слушать, потому что до этого дня Гай всячески избегал темы, касающейся его семьи. Теперь же увильнуть не получится. Какая радость.