“Возможно… Сработал ритуал ведьмы… Может быть, не зря я прошла это испытание…” – несчастная хваталась за любую соломинку, протянутую ей кем-то свыше.

Вторник поставил жирную точку на всех надеждах несчастной девушки, преподнеся очередное разочарование. Бабушке стало совсем плохо. Их семейный врач, с прискорбием, сообщил: “Уже скоро, мне очень жаль, держись, милая, зато она больше не будет страдать”.

Ирина не знала, что думать: да, она хотела, чтобы бабушка перестала страдать, но что означает ее уход? Куда уйдет ее душа? Может быть, там будет все гораздо хуже, а может быть… там вообще ничего нет?

Девушка проводила врача и уже, не сдерживаясь, начала рыдать прямо в комнате, рядом с лежащим телом бабушки. Теперь ей уже не нужно прятаться и не придется надевать маски. Врач сказал, что бабушка в коме и ей так, даже лучше, – она не будет чувствовать никакой боли.

Обездвиженное тело любимого существа лежало на кровати и выглядело, совершенно мертвым. Но Ирина знала, где-то там внутри, теплится еще душа, но это знание не давало чувство облегчения. Теперь душа бабушки, словно в ловушке.

– Поверь деточка, – обратился врач к ревущей Ирине, – Те боли, что испытывают люди в таком положении, хуже любого ада. Я бы врагу не пожелал такого. Поэтому, не стоит так убиваться, она прожила очень долгую жизнь, не каждому дано столько лет в здравом рассудке пробыть! Ты должна быть рада за нее!”

Странным образом, слова мудрого доктора, повлияли на Ирину и заставили ее размышлять. Пожилая Клавдия Александровна, действительно, прожила долгую и удивительную жизнь. Ей уже было за семьдесят с хвостиком, когда Ирина появилась в ее жизни. Немыслимым чудом, ей удалось оформить опекунство над малышкой, и с тех пор, они были неразлучны.

Еще будучи девочкой, Ирина как могла, помогала бабушке во всем и была очень благодарна за ее тепло и заботу. Видеть близкого человека прикованным к постели, для Ирины было, вполне, нормальным явлением, практически, всю их совместную жизнь, Клавдия Александровна болела.

– Старость – не радость, – часто вздыхала она, – Все уже болит!

Ирина старалась всегда быть рядом с бабушкой, чтобы той не было одиноко. А сейчас… Это близкое создание, от нее, уходит… Навсегда!

До вечера Ирина задыхалась в беззвучных рыданиях, но слезы уже не текли. Казалось, что за это недолгое время, она исчерпала весь слезный лимит. Если бы в этом жестоком мире существовала возможность, отдать свою жизнь за другого человека, то Ирина принесла бы себя в жертву, не задумываясь.

Когда-то давно, бабушка рассказывала ей сказки на ночь, и только сейчас, Ирина понимала, что это были вовсе не сказки, а пересказы фильмов и сериалов. Но ей было всегда интересно слушать эти рассказы и засыпать под них.