— Узнали от них что-нибудь про Карину?

— Что-нибудь мы, безусловно, узнали, — ответила Мариша. — А вот где твоя Карина и ее сестра находятся сейчас, подруги не знают. Ты вот что, иди на свои лекции, а мы поедем по делам. А ты, если что, позвони нам вот по этим телефонам.

Она и Леше сунула свою визитку, и мы отчалили из университета.

— Ну, теперь к дому Цветиковых? — спросила я.

— Да, — кивнула Мариша. — Не забыть бы спросить у домработницы, не видела ли и она этого странного лысого незнакомца в плаще, который так напугал девушек.

К нашей радости, Катерина Николаевна была уже дома. Выглядела она плохо. Гораздо хуже, чем в наш прошлый визит. Сразу же провела нас на кухню, где заваривала себе травяной чай. И нам тоже налила по чашечке.

— Я только что от следователя, — сказала нам женщина, садясь за стол с чашкой успокоительного отвара. — Ноги не держат. Вы представляете, Свету обвиняют в убийстве этой смрадной твари Алены. И пальто Светино на экспертизу забрали. И другие ее вещи, которые она чаще всего носила. И квартиру у нас вчера всю обыскали. И все интересовались, имеется ли у нас клофелин.

— И что? — машинально спросила я. — Имеется?

— Да, как назло, имеется! — всплеснула руками Катерина Николаевна. — Мне врач от давления прописал. Так милиция как увидела упаковку, так сразу и прицепилась, сколько я таблеток уже приняла, да сколько? А я откуда помню? Что я, считала, что ли, эти таблетки? Знала бы, что из-за этих таблеток такой шум поднимется, ни за что бы принимать их не стала.

— А алиби? — осторожно спросила я.

— Господи, нет у Светы алиби! — расплакалась Катерина Николаевна. — Я в тот день по магазинам ходила, у нас все продукты кончились. А кто еще может подтвердить? Я попыталась было соврать, что мы со Светой весь день дома были, так там один мент так на меня зыркнул и говорит: «Вы нам не врите, у нас свидетели имеются, которые видели, как ваша подруга проходила в дом убитой женщины. И по времени это совпадало с моментом убийства».

— Кошмар! — сказала Мариша. — И даже если бы Света убила эту Алену, то все равно несправедливо ее за это осуждать. Я бы тоже убила эту гадину!

— И я! — воскликнула Катерина Николаевна. — Только Света ее не убивала. Не способна Света никого убить. Она даже ос, когда те летом на варенье прилетят, жалеет и не убивает, а хватает тряпочкой и за окошко осторожно выкидывает. Где уж ей человека убить!

По собственному опыту зная, что человеку после общения со следственными органами нужно дать передохнуть и прийти в себя, мы с Маришей оставили Катерину Николаевну на кухне, а сами с ее разрешения пошли осматривать комнату девочек.

— Смотрите, смотрите, — махнула рукой домработница. — Мы со Светой уже тоже смотрели. Из вещей только летние платья и купальники пропали.