— Потому что ты напугана и нуждаешься в комфорте.

— И вовсе я не напугана. — Автоматически парировала я, как будто Жан-Клод не имел доступа к моим чувствам.

— Ma petite, когда-то я мог бы пропустить эту ложь сквозь пальцы, но пока другие важные для нас люди учились брать под контроль свои проблемы, я научился обращаться к тебе и просить у тебя то, в чем я нуждаюсь, вместо того, чтобы собирать со стола крохи твоей любви. — Он вновь похлопал ладонью по постели.

— Это еще что значит?

— Разве ты не можешь ощутить то, что я чувствую?

— Нет, ты слишком сильно закрылся щитами.

— А ты — нет.

 — Заметил он.

— Если я закроюсь достаточно, то отрежу от себя всех остальных, и рискую отрезать Дамиана с Натэниэлом, а это может стоить им жизни.

— Тогда просто проверь, ma petite, что это сделает меня безмерно счастливым, если ты сдашься и присоединишься к нам.

Я скрестила руки на груди, насколько мне позволяла наплечная кобура, одновременно нахмурившись в его сторону.

— Я не прошу тебя заняться с нами сексом здесь и сейчас, ma petite, просто позволь нам обнять тебя. Позволь нам дать тебе тот покой, в котором ты нуждаешься и который мы жаждем предложить тебе, пока ждем остальных.

Как только они прибудут, мы начнем наш маленький военный совет, но до тех пор мы можем полежать, обнимая друг друга и успокаивая, пока война еще не началась.

— Ты же не о том, что Нарцисс развяжет войну?

— Non, ma petite, этот мастер вампиров проник в нашу страну, в то время как мне полагается быть королем всех вампиров. Моя власть должна быть абсолютна. Даже если мы уладим этот конфликт и сохраним при себе веркрыс, другие вампиры узнают, что кому-то из них удалось найти брешь в моих доспехах, и, подобно Рафаэлю, который не имеет права показаться слабым перед лицом других претендентов на свой трон, я должен действовать соответствующе.

Если я не использую этот случай, чтобы сделать из него пример, другие станут искать мою слабость и обязательно найдут ее, потому что ничья защита не совершенна.

— Ты тоже напуган. — Осознала я.

— Почему «очень»? Что я пропустила?

— Мне известно, что рядом с нами находится некий мастер вампиров. Я знаю, кто его moitié bête, знаю, где этот зверь сейчас, но при всех этих знаниях я все же не могу почувствовать самого вампира. Ты понимаешь, что это значит, ma petite?

Внезапно пульс застрял у меня в глотке, а кожа покрылась мурашками.

— Вот дерьмо. Этот вампир, должен быть, чертовски силен.

— И чертовски стар. Вероятно, намного старше меня.

Я вылупилась на него, а пульс забился у меня в глотке с такой силой, что я чуть не задохнулась, и в этот момент я поняла, что это был не мой страх, а страх Жан-Клода. Он сидел на кровати, уверенный и спокойный, как море во время штиля, но под этой маской Жан-Клод не просто бултыхался в воде — он буквально тонул.