И надежды были не напрасными: случайно он обнаружил у Никиты бархатную коробочку с кольцом, украшенным крупным бриллиантом.

– А вот и папа, – многозначительно объявила Полина, и головы присутствующих синхронно повернулись в одну сторону.

Петр Петрович, как и собирался, приехал не один. Под руку его держала высокая стройная черноволосая девушка, одетая в длинное синее платье, облегающее фигуру. Она была необыкновенна, красива, и в каждом движении угадывалось достоинство. И пара – он и она – несмотря на разницу в возрасте, получилась на удивление гармоничной, правильной, что отметили все собравшиеся.

– Добрый вечер, – ровно произнес Петр Петрович, – познакомьтесь, это Люба, моя Люба.

«Сейчас расплачусь», – подумала Полина, неожиданно испытав приступ сентиментальности.

«Я рада за тебя, папа», – подумала Оля и сжала под столом руку Никиты.

«Училка… – подумала Катюшка и улыбнулась: – Добро пожаловать в нашу ненормальную семью».

– Здравствуйте, – мягко произнесла Люба.

– Предлагаю наконец-то заказать горячее, сколько можно тянуть! – нарочито ворчливо произнес Лев Аркадьевич, и напряжение исчезло, точно тяжелый занавес разом рухнул.

– Полина, ты вчера дозвонилась до Егора? – Петр Петрович взял вилку и нож.

– Да, – ответила она.

– Скоро будет. Дела, дела, дела… Ты часто забываешь, что он работает не только на тебя.

– Почему вы всегда его защищаете? – Петр Петрович усмехнулся, но продемонстрировать раздражение не получилось. Усмешка вышла даже доброй. Но, конечно, отказываться от привычной роли Шурыгин не собирался и повторил с нажимом: – Почему вы его защищаете, не понимаю?

– Потому что он самый лучший, – тихо произнесла Катюшка и тут же поймала удивленный взгляд отца.

– Согласна, – подтвердила Полина.

– Егор хороший, – поддержала Оля.

– Мне он понравился, – сказала Люба.

«Та-а-ак, – мысленно протянул Петр Петрович, – уже сдружились… Кречетов у них без пяти минут герой… Куда катится мир?»

Он вновь посмотрел на Катю, и в сердце кольнуло смутное предчувствие… Ее щеки порозовели, глаза вспыхнули, точно свечи, к которым поднесли огонь. Хм, на тарелке лежит нетронутая еда, а уж отсутствием аппетита его младшая дочь никогда не страдала.

«Кречетов, только попробуй… – пронеслась следующая мысль, но в глубине души Шурыгина робко подпрыгнула правда: а что ты сможешь сделать? – Нет, нет и нет!»

Петр Петрович резанул ножом мясо, наколол кусок и, торопливо макнув в томатный соус, отправил его в рот. «Это я просто придумал, ерунда какая-то, и откуда только такие мысли берутся?»

Егор приехал спустя час. Шурыгин впервые увидел перед собой идеального частного детектива из какого-нибудь голливудского блокбастера.