Пусть княжича понять было можно, вопросы девчонка вызывала, но она же убила каргу. Твою ж мать, ребенок!

Тому, что это место сравняют с землей, я уже радовался. Не радовался лишь тому, что мы можем и не успеть выбраться. Проход был не обустроенным, словно выкопанным наспех. Я опирался, отталкиваясь об стены и чувствовал влажную холодную землю под пальцами.

Шли мы недолго, выбравшись к широкому коридору, в дальнем конце которого я увидел лестницу. Противоположная сторона уровня и путь наверх, которого на карте не было. Значит, может быть и ещё один выход на поверхность.

Впрочем, было бы странно, будь тут только один вход и выход. Слишком просто всех запереть в ловушке.

Девчонка подбежала к лестнице и заглянула вверх, в пролет. Оттуда доносились крики и выстрелы, так что Карл молча отодвинул её, жестом велев встать за спину.

— Я иду первым, — безапелляционно ухнул он, перебросив топор из руки в руку.

— Погоди, — остановил я его героизм. — Кто там, неизвестно. Но лучше будет, если её никто не увидит, — мотнул я головой в сторону Фроси, испуганно вжавшей голову в плечи. — Ты можешь скрыть её?

Что-то меня настораживало в шуме наверху, а в этом мире предчувствиям стоило доверять.

Беспокоила меня и девчонка, особенно кудряшки, так похожие на ведьмины…

— Не, — Карл расстроенно вздохнул. — Только на себя это работает.

— А на вас обоих? Если она будет у тебя на руках? Ну или на плечах? — не сдавался я.

— А может сработать, — обрадовался защитник и обернулся к Фросе. — Ну-ка, давай забирайся на спину и держись покрепче.

Думала она недолго, ловко взобравшись на присевшего Карла и ухватившись за его шею.

— Идите позади. Как только увидишь возможность, Карл, уходите.

Отведешь её… К Михе отведи, — я назвал местоположение кладбища и добавил со вздохом: — Бабка там, лютая. Не шуми особо, она в принципе добрая, характер просто скверный. А потом в обитель возвращайся. Если что, то тебя тут не было и про нас ты ничего не знаешь.

По глазам видел, что ему хочется остаться с нами. Но ребенок за спиной, маленькими ручонками впивающийся в широкие плечи, перевешивал всё остальное. Так что он сжал губы добела, но кивнул и отошел, пропуская нас вперед. Руки сложились в печать и здоровенный амбал с мелкой девчонкой исчезли.

А мы, как бы не хотелось поторопиться, осторожно двинулись по ступенькам вверх. Выстрелы прекратились, но послышался топот ног. Кто-то бежал навстречу нам.

Я остановился на промежуточной лестничной площадке, присев в удобную для стрельбы позицию и целясь наверх. Рядом устроился Ростовский, меткость которого едва уступала моей на полигоне. Герман приготовил гранату, а Семён прикрывал тыл.

Грохот ботинок и дребезжание перил усилились, я плавно перевел палец на спусковую скобу, приготовившись стрелять.