– Ты ведь сама не веришь в дружбу между нами, – усмехается и резким движением усаживает меня к себе лицом. Ноги оказываются разведены, и я продолжаю сидеть на его коленках. Благо, юбка широкая, позволяет такую позу принять.

Его руки скользят под ней, кожи касаются его пальцы, которые поднимаются всё выше.

– Мы больше, чем друзья, Аня, но и любовниками в полной мере ПОКА стать не можем. Ты слишком хрупкая, но я надеюсь это исправить.

– Я не понимаю. Для чего я хрупкая, и как я стану сильнее? – почему его речь иногда так непонятна? Или он специально делает такие загадки?

– Ты ещё не готова услышать всю правду, но мы движемся в правильном направлении. Обещаю, как я пойму, что ты готова, так всё и расскажу! А пока роль моей девушки тебя устроит?

Сказать, что я зависла – ничего не сказать. Мне даже показалось, что я ослышалась, но нет, Райхан по-прежнему сидит, удерживая меня, и хитро улыбается.

– Мне ка- ка-ажется я… я… я не так услышала, – начала я запинаться, с неверием смотря на него.

– Будь моей девушкой, Пташка, так понятнее? – и я молча киваю. Неужели это правда?

Но мы ведь так мало знакомы!

– И какие у меня обязанности? – спрашиваю на всякий случай.

– Такие же, как и всегда: улыбаться и делать меня счастливым, просто находясь рядом. Но иногда можно будет и развлечься, – и его руки уже сжимают ягодицы, а один палец пробирается под трусики.

– Подумать мне дадут? – шепчу с предвкушением.

– Если ты ещё думаешь, значит, я определенно плохо стараюсь. Давай-ка я попробую тебя уговорить, – шепчет на ушко, и палец проникает глубоко в меня, вызывая мой довольный стон.

– Твоя киска уже говорит «Да», чувствуешь, какая ты влажная? – довольно продолжает урчать мужчина, насаживая меня уже на два пальца.

– Так нечестно! – стону, и подпрыгиваю, когда пальцы опять резко и глубоко входят в меня.

– В любви, как и на войне, все средства хороши, – и, ухватив одной рукой сильно за талию, прижимает к груди, а другой увеличивает темп настолько, что я стону в голос, не переставая. Вырваться мне не дают, и я царапаю его плечи и грудь.

И вот когда я уже почти на пике, пальцы выходят и начинают нежно гладить лоно. НЕТ!

– Скажи, что ты моя, и я дам, что ты хочешь, – вот ведь мастер сделок! – И каков будет ответ? – ухмыляется, целуя в шею, тем самым почти добивая меня.

– Твоя я, твоя, прошу! – молю, и меня тут же страстно целуют, выбивая тем самым все мысли из головы. А сильные толчки пальцев внутри меня наконец-то помогают взлететь до звёзд.

Я кричу в его рот и дергаюсь в сильных руках.

– Ты только моя, Аня, запомни, МОЯ! – шепчет, как заведенный, поглаживая по голове и прижимая сильнее к груди.

Но я знала это. Ещё с момента первой ночи поняла, что не отпустит никогда.