До тех пор, пока положение Эбриль зыбко, леди Ньюборд будет паинькой.

Письмо пришло уже после ухода гостей. Камердинер принес его прямо в спальню. Корреспонденция в столь позднее время не сулила хороших новостей. А увидев герб графа Дербиша на конверте, Аршер уже знал, чего ожидать от послания. Только никак не мог решить — это хорошая или плохая весть.

— Прочти вслух, — велел он камердинеру, не желая касаться письма.

Слуга вскрыл конверт и зачитал короткую записку:

— Ваша светлость, спешу сообщить, что третьего дня от бледной луны моя горячо любимая племянница Эльвенг Дербиш скончалась, не приходя в сознание. Вся наша семья скорбит об этой утрате и выражает вам соболезнования. С глубочайшим уважением, граф Дербиш.

— Можешь быть свободен, — отрывисто кивнул Аршер камердинеру.

Уходя, тот оставил распечатанное письмо на столике возле камина. Едва дверь за слугой закрылась, Аршер смахнул послание в огонь, а потом стоял и смотрел, как тот пожирает бумагу.

Вот и все, он снова свободен. Пора готовиться ко второй свадьбе.

Стоило подумать об этом, как замок содрогнулся. Словно где-то в его глубине заворочалось что-то огромное и сильное, сотрясая древние стены. Это жуткий узник родового замка Моргари напомнил о себе. Он всегда откликается на Аршера, ведь они связаны.

Что узник ощутил в Аршере сейчас? Он не знал, так как сам не понимал, что чувствует. Одно точно — что бы это ни было, оно взволновало узника. Тот уже давно так остро не реагировал на эмоции Аршера.

Глава 6. О том, что смерть некоторым к лицу

Спальня Эльвенг стала моим убежищем и одновременно тюрьмой. Няня никого ко мне не пускала, но и мне было отсюда не выйти. Вечно это длиться не могло. Еще немного — и дядя захочет ускорить процесс умирания племянницы. Его терпение не безгранично.

Но мне нужна помощь. В одиночку не спастись от «любящих» родственничков. Из возможных союзников у меня только Исчадие (но что взять с вредной болонки?) и няня. Именно на вторую я сделала ставку.

Кажется, она искренне любит Эльвенг и беспокоится о ней. Поэтому я решила надавить на жалость.

— Это все проклятие, — завела я разговор на второй день самовольного заточения. — Из-за него я едва не погибла.

Няня была суеверна и охотно согласилась со мной.

— Бедная моя девочка. — Она погладила меня по волосам. — Откуда только взялась эта напасть.

— Какая теперь разница, — махнула я рукой. — Гораздо важнее, как от нее избавиться. Быть может, обладатель сильного Дара в состоянии мне помочь…"

"Я замолчала, ожидая, пока няня обдумает мои слова. Об одаренном я заговорила не просто так. Мне и правда необходим кто-то наделенный магией или Даром, как здесь говорят. Он вернет меня домой. Уж я как-нибудь с ним договорюсь.