Инкуб сунул меч в ножны и отпустил побледневшего эльфа, который сразу же утратил всю свою самоуверенность и теперь с трудом сдерживал дрожь во всем теле.

– Чего вы хотите? – хрипло спросила я.

– Открывайте ворота, спускайте мост. Мой господин готов пощадить вас, если вы будете благоразумными и сдадитесь в плен без сопротивления.

– Я не знаю, – судорожно сглотнула, чувствуя, что не могу сказать это вслух, пересилила себя, – я не знаю, жив ли мой сын, поэтому мой ответ – нет. Я должна увидеть моего мальчика и тогда вы получите то, что хотите.

Глаза эльфа сверкнули, он распрямил плечи и поправил воротник плаща.

– Мой господин предвидел, что вы об этом попросите – можете следовать за мной и увидеть ребенка, – бросил взгляд на инкуба, – Только вы. Без сопровождения.

Я услышала, как за мной поднялся мост и, обернувшись, вздрогнула – совсем рядом топтался на месте конь с мертвым всадником, над ним кружили вороны, норовя выдрать из тела куски плоти. Снова к горлу подступила тошнота, я пришпорила коня, догоняя эльфа. Внутри все застывало от мысли, что с Арисом могло что-то произойти и что я не увижу его в живых.

Нельзя поддаваться панике, я должна держать себя в руках.

Возможно, когда мы впустим этих тварей в город, нам все же удастся сбежать. Пусть не всем, но главное – добраться до Нижемая – там почти половина моей армии, можно будет вернуться и постараться отбить город. Не все так плохо, Шели. Не все так плохо, как тебе сейчас кажется. Главное, чтоб дети были целы и невидимы.

Мы приближались к лагерю, а мне казалось, что от голода и усталости я сейчас упаду с лошади, предательски кружилась голова, от жажды драло горло. Я смотрела, как эльф пьет из фляги, и мне казалось, что могу убить его за один глоток воды.

Остроухие повыходили из шатров и теперь осматривали меня с ног до головы, отпуская пошлые шуточки и присвистывая. Я выпрямила спину и гордо вздернула подбородок. Нельзя показывать свой страх, нельзя дать почувствовать мои слабые места.

– Тупая шлюха – она и есть тупая шлюха, ей не место среди воинов.

– Когда мы возьмем ваш проклятый город, то тебя, сучку, пустим по кругу. Ты трахалась с Эльфами, белобрысая?

Медленно выдыхаю… не смотреть и не слышать. Не поддаваться на провокацию.

Но от мысли, что эти твари могут сделать со мной, когда я попаду к ним в статусе пленницы, по телу прошла судорога ужаса. Я знала, какова участь взятых в плен женщин, знала, что избежать насилия можно будет только чудом. Я даже не смогу перерезать себе глотку, потому что не одна, потому что должна думать об Арисе и Шай.

Гонец сопроводил меня к самому большому шатру и спешился, вежливо помог спешиться и мне. Меня передернуло от этой учтивости, которая очень скоро сменится на жестокость.