И тут ко мне подкрались смутные подозрения. Я сел на попу, что бы дать отдохнуть 'уставшим' от ползаний рукам и начал орать всякую ересь включая похабную. Смутные подозрения начали подходить все ближе, пока не собрались в одну большую, мерзкую и ехидно ухмыляющуюся уверенность. Эта уверенность наглядно объяснила мне, что , если я хочу сказать что нибудь членораздельное, то мне придется долго и нудно тренироваться ну или переустановить звуковой драйвер. Мой рот сейчас был просто не способен произносить нужные мне звуки. Похоже от идеи весело перетереть с пацанами последние новости придется пока отказаться.

Никаких умных идей у меня больше не возникло. Мог бы и не морщить лоб от усилий придумать более другие методы коммуникации. Разве что СМС отправить прямо в мозг. Тоже не вариант. Пополз я обследовать необследованные участки мира. То бишь дальше.

Дальше мне попался негритенок, в таком же модном для этой местности, прикиде. Через этого ребенка солнечной Африки пришлось перелазить. По обоим сторонам от него лежали еще какие то овощи а обползать его мне было лень. Да и направления мне нужно было придерживаться одного. Хотелось все таки узнать: есть ли у этого камня край и есть ли жизнь за камнем, а не ползать по камню кругами. Перелезать было не сложно. Та сила, которая не давала мне прикоснуться к детишкам, уверенно держала моё тщедушное тельце прямо над ними. О том, что бы встать и пойти я даже не мечтал. Слабоват пока. По пути я пытался рассмотреть все, что могло быть достойным внимания, для чего совал свое лицо даже в места, не совсем уместные. Выяснилось, что на камень выбросили не только пацанов разных национальностей, но и девчонок такого же видового разнообразия. Примерный возраст был у всех одинаковым, упитанность - весьма скромная, форма одежды - уныло однообразная. Девчонки были размерами побольше и поугловатее. Видать особенности взросления полов тут были стандартными. Так я и изучал, что мог, пока позорно не отрубился в процессе форсирования очередной преграды в виде особо нескладной длинной девчонки. '2'

Когда меня отпустило, я с удивлением обнаружил, что та деваха, над которой я бессовестно нависал, можно сказать - лежал, возмущенно лупает на меня глазами и пытается вербально возмущаться. Отодвинувшись от нее, так что бы видеть не только левый глаз но и лицо целиком, я перестал загораживать ее глаза от солнца, что сразу же привело к закрытию глаз и недовольной гримасе на ее лице. Сел на пятую точку и загородил ее глаза от солнца ладошкой, что бы дать ей привыкнуть к свету. Держа руку на весу, я совсем уж собрался подумать над происшедшем, но меня отвлекло еще одно событие. В кончиках пальцев ног зародилась теплая дрожь, которая прокатилась по всему телу и закончилась в макушке и пальцах рук.