Какого черта?!

— Я не хочу идти замуж! Я не согласна!

Ирина с сочувствием взглянула на меня.

— Не дави так на девочку, — посоветовала она.

— Если ты здорова, пора идти! — отрезал Равиль, я его невероятно взбесила. — Руслан хотел к тебе зайти после боя, пусть сам тебе все объясняет.

Он вывел меня через второй выход — не через зал. Оберегал от «Скорпиона», которого я не должна видеть.

Сердце болезненно билось в груди.

Кроме него — перепуганного сгустка энергии — я не ощущала тела.

До меня не до конца дошло, что мне сказали. Я должна выйти замуж за раба под взглядами всего города. И он сказал это при всех! При мэре города… Его ничего не смутило? Хотя, если этот толстосум каждый месяц посещает бои, знает девочек по именам и у него тут своя любимая выпивка, рассчитывать на помощь властей нечего.

Полиция «Авалон» игнорировала.

Я вообще не уверена, что сюда кто-то приедет по вызову. Есть районы в нашем городе, куда полиция не приезжает. Девятый квартал, например. Там больше всего похищений…

Мы поднимались по винтовой лестнице. Где-то на середине Равиль заставил меня остановиться.

— Нам надо поговорить, — прошептал Равиль, когда мы остались наедине, рабы умеют говорить очень тихо, я дышала громче, чем он говорил. — Лили, я понимаю, ты испугалась того, что сказал Руслан. Ты очень молода, как не испугаться…

Он приблизил лицо. Я перестала дышать: информация казалась очень важной.

— Говорить за хозяев я не имею права. Но предупрежу. Руслан всегда поступает так, как решил. Я понимаю, что у тебя на уме…

У него были карие глаза, окруженные глубокими морщинами.

— Не бойся Скорпиона. Не пытайся бежать. Руслан отправит за тобой головорезов. Он друг мэра, у него люди в полиции, под ним весь город. Если он решил наказать твоего отца — он это сделает. Твоя задача, Лили, вести себя так, чтобы ты при этом пострадала как можно меньше. Ты поняла?

Я облизала губы. Равиль как будто мысли читал все время, что я здесь. От напряжения спина стала, как струна и заболела поясница — я упиралась ею в гладкие перила.

Ему легко говорить… Он привык. Привык к своему клейму и к «Авалону».

А я не хочу становиться пешкой в чужой игре.

Отцу все равно, что со мной произойдет — любимую дочь он спрятал. Я пострадаю ни за что.

— Я не нужна отцу, — прямо сказала я.

Сболтнула свою тайну.

Не братьям, не той женщине-врачу, а незнакомому мужику, чужому телохранителю, который наверняка предаст меня.

Равиль сощурился, отчего морщин стало больше.

— Думаю, Руслан это знает. Не стой, — он схватил меня за плечи и повел наверх. — Этого разговора не было, Лили.

Я споткнулась об ступеньку.

— Что вы тоже так женились, — я посмотрела на его профиль.

Нос с горбинкой, лысый череп, возраст — он выглядел немолодым и несексуальным.