— Целовать я тебя буду постоянно… — шепчет в раскрытые губы.

«Он так и не подписал… — отвечая на поцелуй. — Ну и ладно, у меня есть копия…»

Это надувательство!

Обыграл меня подряд четыре раза! Четыре раза, Карл!

И ведь в самом конце вырывал победу, чтобы я еще больше увязла в надежде отыграться! И смотрит такими честными глазами… А еще целует так, что я не только о всех ходах забыла, я не помнила, как меня зовут!

Теперь я должна Ярославу четыре желания, а он не спешит о них сообщать. Ходи и мучайся от неизвестности! Еще и спать отправил в таком раздрае, фиг тут уснешь!

Фыркая себе под нос, спрыгнула в окоп и закрылась в блиндаже. С Мечником все было просто, он не был в курсе некоторых хитростей в игре, а Яр вот точно все знал и продумывал игру наперед. И первую игру Багиров выиграл только потому, что специально поддался, притупил мою бдительность!

Достаю телефон из рюкзака, включаю в надежде, что есть заряд батареи. На кнопочном мобильном стоит специальная программа, чтобы нас не могли отследить террористы. Звоню Алисе. Тетка, наверное, уже с ума сходит, я несколько дней не выходила на связь. Тут было слишком жарко…

— Алис, привет, — имитируя максимально беззаботный голос.

— Здравствуй, здравствуй, неблагодарная девчонка! — очень строго, сейчас мне попадет. Тяжело вздыхая, готовлюсь выслушивать. — Алеста, ну разве так можно? Я уже вся извелась, звонила в штаб, а меня там вежливо послали. Грубияны в форме. Позвонить нельзя, что ли, Аля? Я здесь места себе не нахожу…

Нужно дать ей выговориться, поэтому не перебиваю, она одно и то же по третьему кругу высказывает, как только появляется пауза в ее монологе, успеваю вставить:

— Алис, тут связи не было, вышку взорвали…

— Взорвали? — испуганно вскрикивает она. Взорвали – слово-табу, как я проговорилась!

— Алис, ну что ты сразу паникуешь, это далеко от нас было.

Знала бы она, как близко от меня тут бомбы летают…

— Насколько далеко, Аля?

— Ну, я же не замеряла. Далеко, Алис, — как же сложно врать, когда хочется спать.

— Аля, я хочу, чтобы ты вернулась скорее домой. Мне все это не нравится!

Будто это так просто – разорвать контракт.

— У нас тут все спокойно, Алис… — только бы не бомбануло сейчас где-нибудь поблизости…

— Это война, Аля, женщинам там делать нечего!

Знаю одного командира, который думает так же. Вот он сейчас бы Алисе руку пожал.

— Кто-то же должен лечить наших бойцов? Алис, ты лучше расскажи, как себя чувствует Лика? — перескакиваю на безопасную тему. — Могу я услышать ее голосок?

— Аля, она на процедурах. Ты лучше вечером звони. Она тоже хотела тебя услышать, сильно скучает по тебе.

— Наблюдается положительная динамика, Алис? — всегда тревожно спрашивать.

— Лике лучше. Врачи говорят, что она сможет ходить.