Все мужчины фамилии работали ювелирами и не добились в Германии известности. Фридрих, дед Карла, решил, что в Москве его ждет успех. И до тысяча девятьсот семнадцатого года все шло хорошо. А когда стало понятно, что человек с приставкой «фон» в фамилии – первый кандидат на путешествие в суровый сибирский край, ювелиры с немецкой кровью стали Драгиными. Карл, сын Фридриха, родился в Москве в тысяча девятьсот двадцатом году, стал пионером, потом комсомольцем, но очень хорошо знал семейную историю. В сорок первом его отправили на фронт, и юноша живо нашел возможность перейти в стан врага. Дома его семья разговаривала на немецком, языкового барьера для Карла не существовало. После разгрома нацистов Карл перебрался в Австралию, женился, у него родился сын Густав. Карл быстро стал известным ювелиром, основал свою фирму. Наследник его овладел той же профессией, в придачу выучился в Лондоне на искусствоведа, стал читать студентам лекции об истории украшений. История с серьгами началась, когда к Густаву из СССР приехал некий Михаил Петрович. Он представился экспертом и в самом деле прекрасно разбирался в драгоценностях. Михаил сделал Густаву заманчивое предложение. У него есть клиенты в России, имен их он называть не станет. Это люди с неограниченными финансовыми возможностями, они щедро оплатят услуги фон Драгена. Густав должен приобретать на аукционах лоты, на которые ему укажут, оплатить их, привезти домой. А специально обученный человек доставит их в столицу СССР. Густава никак нельзя было назвать глупым человеком. Он сложил вместе информацию: прилет Михаила с диппаспортом, неограниченный бюджет на покупки, курьер, который примчится из Москвы в Австралию, уверенность клиентов в том, что гонца с очень дорогими украшениями беспрепятственно пропустит советская таможня… Ну и кто эти загадочные покупатели? Нет сомнений, это верхушка политической элиты. Фон Драген согласился и успешно выполнял задания. Но ему велели только приобретать ювелирные изделия. Приказ о продаже прозвучал всего один раз, когда Густаву передали серьги и сообщили, что они раньше принадлежали семье князя. Фон Драген не имел ни малейшего отношения к подвескам, он просто был агентом, который купил изделия. Акт продажи состоялся один раз. Подвески не фальшивые, и то, что они раньше принадлежали князю, а не какому-то купцу, лишь увеличило их цену. После той пресс-конференции Густав больше не участвовал в торгах. Но ничего дурного с ним не случилось, фон Драген дожил спокойно до старости.

Голубев погладил папку."

"– Александр Михайлович знает, что я работаю исключительно по делам, которые связаны с ювелиркой. Без нужных знаний за них даже не следует браться.