Это не выращенные деньгами и властью сопляки, называющие себя элитой общества.

— Я предпочел бы в ней затеряться, хм… простите, не узнаю вас в тенях.

— В тенях… — будто пробует на вкус слова неизвестный. — Имя мое сэр Монтано Эдвайс. Я дядя того, с кем вам придется вступить в неравный бой.

Замечаю, что «элита» заметно нервничает от каждого слова, произнесенного за их спинами Монтаной. Жду продолжения диалога.

— Скажите, а ваши предупреждения направлены на всех или только вот на этих? — трость взлетает в воздух мгновенно, указывает на кучку Вальтов.

Должен признать.

Сдержать трепет перед странной атмосферой тяжело в теле мальчишки. Я бы не отказался расправить плечи своим настоящим телом перед этим… человеком. Интересное чувство. Будто я неофит, впервые увидевший мастерство магистра. А ведь ничего не произошло. Этот Монтано просто… сидит.

Заместитель директора поднимает бокал, и я замечаю мелкую дрожь в его руке. Видимо, он тоже это видит и быстро опускает бокал обратно, скрещивает руки в замок на животе:

— Удивлен вашей заинтересованностью в Константине Кибе, сэр Монтано. Хотя, как и этим поединком.

Вряд ли вы увидите что-то стоящее внимание Магнара.

Лицо Монтано Эдвайса скрыто тенями. Я не могу увидеть его выражения:

— Прошу вас, Георгий Александрович, давайте без этих титулов. Не они делают человека человеком, это точно. Правду я говорю, Юлиан?

Мулат, с которым у нас была короткая перепалка, резко встает, разворачивается, низко кланяется:

— Всенепременно, Магнар Монтано! Простите, если разочаровал!

— Что ты. О каком разочаровании речь? Я твое имя узнал только две минуты назад, случайно подслушав, это точно. Ты мне совершенно безразличен, Юлиан.

Сядь.

Побледневший Юлиан садится с таким видом, словно хочет провалиться под трибуну.

Чувствую… Что-то знакомое исходящее от Магнара…

Вот теперь, наверное, бледнею уже я.

Это же… эфир? Не сумма?..

Я теряюсь лишь на секунду, но это хватает. Лишь на маленький шаг, но я отступаю, встретившись с настолько родной и чужой силой одновременно. Магнар Монтано снова кладет руку на трость. Я не вижу его лица, но всей кожей ощущаю его улыбку. Сухенькую, легкую, змеиную…

— Константин Киба… А вот тебя я запомню, это точно.

И мне будет интересно посмотреть, как ты защитишь свою Аннету, будучи в бою. Видишь ли, я тоже считаю, что ее привели сюда не просто так. Но ни я, ни директор, не будем вмешиваться, верно, Георгий Александрович?

— Я временно исполняющий обязанности директора, — явно неохотно отвечает Георгий. — Если правила…

— Правила существуют, чтобы их нарушать, пока что временный директор. Юлиан, я развязываю тебе руки и разрешаю делать то, что вы задумали. Не бойся никаких последствий. Нельзя лишь убивать, это точно.