Забитый разнообразным оружием — кроме почти полусотни ружей и кучи сломанных сабель там даже три пушки имелись. Все ружья, правда, тоже были поломаны, причем до состояния, исключающего малейшую возможность ремонта, а пушки (не очень большие, калибром примерно три дюйма) оказались заклепанными. Зато они были явно медными — ну, или бронзовыми, мне без разницы, стрелять из них я всяко не собирался.

То есть металла было много, и мне младший из мужиков по имени Авдей рассказал, откуда он тут вообще появился:

— Да барин наш в войну провиант в войска возил, а взамен железо это и привозил. Пушки-то его кузнецы у хранцуза как наскочут, так и заклепают, а потом дёру. Хранцуз погорюет, да пушку-то и бросит, она ему боле без надобности, а мужики ее подберут и в Свиньино тащут. Вот только их в тот раз хранцузы поубивали, и барин велел все Павловскому кузнецу отправить. Как раз незадолго до пожара, а в пожаре Гаврила и сам сгорел. Только вот никто не знал, куды он все железо-то попрятал…

Гаврила, царство ему небесное, попрятал — а я нашел. Вот только что с этим железом делать… Надо бы на полезные вещи перековать, но тут, в кузнице, от мехов осталась лишь рама деревянная: вся кожа, которую мыши не сгрызли, истлела. А без мехов хрен чего скуешь, пожаловался я вслух на горькую судьбинушку. И, оказалось, правильно сделал: мужики мои стенания услышали и предложили посильную помощь. То есть они предложили «временно разрешить им побраконьерить на территории поместья» — и в результате призрак голода уже к вечеру рассеялся. Мужики какими-то силками поймали в тот же день двух зайцев — не очень упитанных, но все же вполне съедобных. А так как в подвале кузнеца Гаврилы кроме всякого железа нашлась еще и здоровенная — пуда на два — глыба соли, жизнь заиграла новыми красками.

Зачем кузнецу понадобилась соль и откуда он ее вообще взял при нынешних ценах, мне подсказал небольшой кошель, полный разными побрякушками из желтого металла. Судя по надписи на кошеле, он тоже был «трофейный», но металл внутри в основном был все же низкопробный — а с солью было несложно догнать желтый металл до исключительно «червонного» цвета. Такого, что было не стыдно запихнуть кусок этого металла между двух штампов, тщательно упакованных в промасленную тряпицу. Не иначе, этот Гаврила не только с железом работал, но на кого — на Павлова, Свиньина или на себя лично… впрочем, мне это было вообще до лампочки. Главное — было чего пожрать и при этом от жратвы не тошнило.

А когда организм чувствует приятную сытость, то в голове появляются правильные мысли. Я поинтересовался у Авдея и Акима, не знают ли они, где находится одно несколько необычное дерево — уточнив по поводу базовых характеристик этой необычности.