Глядя на разгулявшуюся стихию за окном, я почему-то вспомнила, как мы с Дашкой однажды, будучи у бабушки в деревне, попали под такой же ливень, прибежали, мокрые и хохочущие во все горло домой, а тётка Клава, наша соседка, сидевшая тогда у нас в гостях, поджав губы, высказывала, мол, нехорошо взрослым девкам в платьях в облипочку бегать, пацанов в грех вводить. Надо было переждать непогоду где-нибудь и только потом домой заявляться, а не выставлять напоказ свои телеса. Мы послушно кивали, пропуская нотацию мимо ушей, сушили волосы и радовались жизни. Да, тогда всё казалось простым и понятным…

Ливень продолжался четыре часа. Вроде и не очень много, но Димирий был недоволен задержкой. Наконец, когда распогодилось, мы, старательно обходя многочисленные глубокие лужи, цветом напоминавшие застоялое болото, добрались до карет и отправились в дорогу.

Очередная корчма, наш пункт отдыха, встретила нас неласково: развороченным зданием, трупами вокруг и полной тишиной.

— Тролль, — нехорошо прищурился Лориан. — Говорили же хозяину: не нужно было его оставлять в живых. Где теперь эту нечисть искать? Не дай боги в столицу отправится!

Димирий покосился на меня и ничего не ответил. Отдых пришлось отложить, вернее, отдыхали мы в каретах.

Из-за сбившегося графика до постоялого двора до темноты добраться не удалось. Муж рассчитывал заночевать в той самой корчме, теперь же пришлось останавливаться на ночлег под открытым небом. Да, раньше здесь было безопасно, да, с нами ехал маг Силы, но и у меня, и у Димирия в груди появился ком нехорошего предчувствия. Что-то должно было случиться. Что-то очень нехорошее…

Как оказалось, сиденья у местных карет раскладывались так же, как и у земных автомобилей. Столик отодвигался в дальний угол, остальное место занимали самодельные диваны. На ночь, не слушая возражений принцессы, Димирий и Лориан отправились с женами каждый в отдельную карету, ее высочеству предстояло спать с Лидиной и компаньонками. Причем снаружи остался дежурить один из носителей Силы. Я не понимала подобных предосторожностей, но заметила взгляды, которыми обменивались без исключения все мужчины в отряде. В этих взглядах читались настороженность и напряжение.

Несмотря на дурные предчувствия, заснули мы все спокойно. Мне снилось что-то приятное, даже с эротическим оттенком. Кто-то ласкал меня во сне, я постанывала от наслаждения и пыталась разглядеть лицо партнера. Ласки казались незнакомыми. Супруг никогда не касался меня так, как это делал непонятный мужчина во сне, меня и радовало это, и настораживало. А потом неожиданно раздался голос, бархатный, завораживающий, зовущий меня куда-то…

— В трясину, куда ж еще, — ехидно сообщил другой голос, уже знакомый. И зов ослаб.