– Вы, наверное, насчет Космоса Юрьевича?

– Да, мне сказали, что его к вам привезли…

– Вы подождите немного, сейчас врач выйдет, он вам все подробно расскажет…

– Врач? – не сразу дошло до Белова. – Так он жив?!

– Ну конечно… – медсестра мягко, ободрительно улыбнулась и кивнула Белову за спину. – А вот, кстати, и доктор.

К Белову подлетел долговязый взъерошенный парень в коротковатом, явно не по росту, белом халате.

– Вы по поводу Холмогорова? – скороговоркой зачастил он. – Знаете, ваш друг не то что в рубашке – в пальто родился. От его машины, говорят, одни лохмотья остались, а у него всего-то три перелома…

– Вот раз-дол-бай! – Белов расплылся в широченной улыбке и со всего маху шлепнул ладонью по стойке регистратуры – так, что девушка за стеклом вздрогнула.

– А сейчас-то он где?

– Его отец домой забрал. Я, конечно, возражал, – развел руками врач, – по идее, ему стационар нужен…

– Какой стационар, док! – Саша рассмеялся и хлопнул парня по плечу. – По нему тюрьма плачет! Вам вообще повезло, что он тут вас всех не перестрелял! Спасибо вам, спасибо!

Еще раз хлопнув врача по костистому плечу, Саша круто развернулся и заторопился к выходу.

В дверях он на секунду остановился, вытащил из-под ворота рубашки нательный крестик и быстро прижал его к губам. Долговязый доктор переглянулся с медсестрой и покрутил длинным и тонким пальцем у виска.

В то время, когда Белый ехал домой к своему покалеченному другу, Каверин с Петровичем спешили на самолет.

Они вошли в аэропорт через служебный вход – так было ближе от машины – и теперь шагали по пустому балкону, растянувшемуся вдоль всего здания. Первым шел мрачный Каверин, за ним, с двумя дорожными сумками в руках, семенил его всегдашний помощник.

Из-за стеклянной стены донеслось объявление:

– Внимание. Продолжается регистрация и оформление багажа на рейс 4519 Москва-Баку…

– Анальгина у тебя нет? – спросил Каверин.

– Не-а… – сочувственно покачал головой Петрович.

Морщась, Каверин осторожно потер виски. Забинтованная голова нещадно болела, к тому же Володю слегка подташнивало. Похоже, Белову вчера все-таки удалось наградить его небольшим сотрясением.

Но куда больше, чем головная боль, его изводила не находящая выхода ненависть к Саше. Она бурлила в груди, мутила разум и рвалась наружу.

Но дать ей волю Каверин пока не мог. Сначала надо было полностью пройти маршрут, замкнуть на себя все связи и контакты Белова, а уж тогда…

– Проведем груз – я его на куски порву, – непонятно кому пообещал Каверин сквозь стиснутые зубы. – И всю семью его вырежу напрочь…

Они подошли к двери. Каверин потянул на себя ручку и в тот же миг не него вывалился изнутри какой-то парень. Он бесцеремонно отпихнул Володю в сторону, довольно чувствительно двинув ему плечом в плечо.