Казалось бы, что в этом судьбоносного? Но так вышло, что другая женщина, та единственная, что была посвящена моим братом в тайну рода, решилась избавиться от супруга, напоив тем единственным ядом, что был способен меня убить. И вот оно невероятное — казалось бы случайная встреча с Катариной, стала спасением моей жизни.

— Я так рада за вас, — язвительно произнесла Алиссин.

Усмешка скользнула по его губам, и чуть подавшись вперед, Ян прошептал:

— А ведь вы рады, Алиссин.

Тяжело вздохнув, она нехотя призналась:

— Я очень рада за Катарину. Я рада, что она ждет ребенка, а Кати будет хорошей матерью… жаль, она не воспитает моих детей. Я рада за нее… не за вас! А что касается случайностей… Возможно, вы правы, но у меня иной взгляд на жизнь. Я — вершитель своей судьбы.

— И к чему же вы пришли? — насмешливо поинтересовался Ян.

— Я? — Алиссин скрестила руки на груди. — Я — глава одного из сильнейших государств побережья! Достойный итог, не правда ли?

— Возможно. Если сумеете удержать.

Хассиян плавно поднялся с кресла, прошел к постели спящего Дариана, мрачно посмотрел на короля и негромко произнес:

— Когда-то он тоже был убежден, что владеет всем, о чем мечтал.

— На что вы пытаетесь намекнуть? — Алиссин продолжала сидеть, не желая проявить уважение к гостю.

— Ваш брат, — Ян развернулся, — сегодня вас покинет.

Королева побледнела.

— Полагаю, рабство у степных племен будет для него достаточным уроком, — продолжил император.

Алиссин медленно поднялась, пристально вглядываясь в несомненно сильного и слишком опасного противника, и, несмотря на ярость, все же спросила:

— Он… будет там один?

— Мой названный сын составит ему компанию. Жаль, в это чудесное путешествие вместе с ним не отправится ваш супруг, но… даже такой Дариан является единственным гарантом вашего правления.

Алиссин промолчала. Затем усмехнулась, причем насмехалась она скорее над собой, да и вопрос задала, ни к кому не обращаясь:

— Интересно, а Кати подозревает о вашей истинной сущности? — рассмеялась и добавила. — Знаете, она всегда говорила что я и Дариан звери, но в итоге стала женой истинного зверя!

Ян медленно подошел к ней, наклонился, упираясь руками в подлокотники ее кресла, и завораживающе прошептал:

— Не зверь — дракон. И пробудить дракона в носителе крови, дано не каждой женщине, Алиссин. Но когда это происходит, в небе загорается новая звезда, а на земле рождается новый дракон. Это все, что я могу вам сказать, но вы очень умная женщина и остальное сумеете понять, не так.

Выпрямившись, он иронично склонил голову в знак почтения и направился к двери. Там, словно вспомнив что-то важное, обернулся и на прощание произнес:

— Ваш супруг, Алиссин, должен покинуть этот мир через четыре месяца. Не раньше.