И все же любопытно, для чего вам возня с благотворительностью, Катарина?

Чуть заметно пожав плечами, девушка тихо ответила:

— Это то единственное, что доставляло мне радость в Шарратасе, и то немногое, чем я могу заниматься. Увы, если вы планировали что как ваша фаворитка…

— Вторая жена, — поправил Хассиян.

— Что как ваша вторая жена я буду вести светский образ жизни, я вынуждена вас разочаровать, так как предпочитаю избегать дворцовых увеселений и тратить свое время на заботу о нуждающихся.

К ее удивлению Хассиян отреагировал едва слышным «хм», а после, чуть кивнув, задумчиво произнес:

— Что ж, идея мне нравится.

Ответ дам в ближайшее время. Желаете что-то еще?

Под его пристальным взглядом, Катарина смутилась и прошептала:

— Вы, — Кати тяжело вздохнула, — не сообщили мне о судьбе князя Арнара, как впрочем, и о событиях, вследствие которых я очнулась… — в ее глазах промелькнул гнев, — в ошейнике!

Ян медленно перебирая пальцами по столу, с усмешкой ответил:

— Ваш… весьма примечательный разговор я оценил, — Катарина побледнела, — и ваше стремление обнять нелюбимого супруга тоже, — бледность сменилась пунцовым румянцем, — а его абсолютная уверенность в возможности вывезти вас из Ратасса и вовсе рассмешила.

Ее руки нервно искали возможности схватить веер, но вспомнив, что оставила его в спальне, Кати сцепила пальцы и судорожно вздохнула.

— Мне следовало бы понять, что вы близко — Харан сбежал с поспешностью обрадованной появлением хозяина собачки.

— Вам следовало бы понять множество иных вещей, — Хассиян улыбаясь, смотрел на нее, — но вернемся к вашим просьбам. Итак — благотворительность, — император поднялся, — я пришлю к вам лорда Анеро, он лично представит вам лорда Вейсера, казначея империи.

Вы довольны?

— Вы намекаете на благодарность? — не поднимаясь, лукаво поинтересовалась Катарина.

— Ну что вы, — император наклонился, упираясь одной рукой в край стола, а второй на спинку ее стула, — вы и благодарность… по моему опыту несовместимы! — Хассиян поймал ее не сопротивляющиеся губы своими, несколько мгновений целовал, но добившись ее невольного стона, резко отошел. Уже у дверей, напомнил. — У нас сегодня великий день, дорогая, поторопитесь, нас ждут во дворце!

Алиссин медленно прогуливалась по дворцовому парку.

Позади держась на приличном расстоянии, молча следовали фрейлины, боясь привлечь внимание Ее Величества — королева была не в духе. Вторая беременность протекала значительно хуже первой, и вынужденная расставаться с едой по нескольку раз в день Алиссин, больше походила на злобную фурию, чем на доброго ангела.

Внезапно в кустах затрещали ветки, и серая тень бросилась под ноги.