Если не подгонять нас кнутами, страхом, болью, голодом, похотью, мы так и будем стоять на месте. Развеемся. Это наша движущая сила, мы без неё не существуем, не можем существовать…

— Лучше уснуть, чем дальше быть рабами, — проговорила девушка и прикрыла веки.

— Пока мы ещё не заснули, я попытаюсь воспитать из тебя что-нибудь, что угодно, не важно. Жри сколько влезет, этого я тебе не запрещаю. Я запихаю в тебя столько мяса, что ты никогда больше не сможешь получать удовольствие от еды. Я отберу и другие твои удовольствия, твои страсти. Зная, насколько ты мерзкая тварь, ты начнёшь искать новые.

Скоро тебе начнёт нравится, что я стою так над тобой, скоро если я буду делать так… — девушка опустила свою нежную бледную ногу на уродливую маску Атросити, — ты будешь в экстазе биться. Но всё-таки… Я попытаюсь сделать из тебя что-то настоящее, а не только плоть. Мы подруги, как никак, — Атросити замычала, и тогда Шанти надавила на маску. Из-под неё брызнула кровь. Зал охватил грохот, а пламя свечи пустилось в безумный танец.

— Хотя и пытать тебя немного не помешает. Ну, знаешь, пытка помогает отлипнуть от тела.

Лежи пока они не вылупятся и даже не думай вставать, — грозно сказала Шанти, и пошла вперёд, во тьму. Атросити осталась неподвижно лежать на земле. Дыхание её было неровным, частым. Ей нужно было время, чтобы успокоиться. Подняться на ноги девушка не могла.

Ей этого не разрешали.

Ей не разрешали даже лечить себя, хотя девушку сжигала изнутри страшная боль. Шанти растормошила её внутренности и что-то оставила среди них.

Что — Атросити не имела ни малейшего понятия.

С минуту она просто тяжело дышала, и вдруг поперхнулась.

Девушка стала кашлять кровью и слюной, а потом вся напряглась и глухо замычала. Что-то тяжёлое и слизкой наполнило её горло и полезло наружу.

Закрыть рот Атросити не могла — ей мешала маска.

И поэтому девушка совершенно беспомощно наблюдала, как из неё медленно выползает огромный красный змей. Каждым своим движением питон сотрясал её тело. Ребристая кожа этого создания была вся покрыта её липкой кровью. Губы девушки лопнули. Атросити билась в конвульсиях, пока громадный змей полностью не выполз наружу, а потом её вырвало кровавой массой и костной пылью.

Судороги охватили девушку и не отпускали несколько минут.

Потом она успокоилась и обмякла. Атросити хотелось разреветься. Она даже как будто хныкнула…

Но тут что-то опять подступила к её горлу.

И тогда девушка вспомнила, что Владычица сказала «они»…

Спустя многие годы Артур снова путешествовал в своей карете. Прошло уже достаточно лет, чтобы знакомое обитое сидение и тонкий столик покрылись не только пылью, но и ностальгическим очарованием.