Простите ребята, я просто немного отвлекся. А теперь прошу меня отпустить. — Он кивнул в сторону Нив. — Кажется, кому-то требуется снова наполнить бокал.

— Привет, — улыбнулся Никс.

Он никогда еще не видел более красивой девушки. Чистая смуглая кожа, огромные глаза, яркие губы, словно ягоды… Темные джинсы сидят низко на бедрах, из-под черной обтягивающей футболки видна полоска упругой кожи живота, на тонких пальцах сияют серебряные кольца… Ундина была босиком, косички прятались под красным шарфом, такого же цвета, что и лак на пальчиках ног. Никс внезапно ощутил, как кровь приливает к щекам.

Он посмотрел на свои ботинки и пожалел, что у него нет других, получше.

Ундина снова взглянула на длинноволосого парня, стоявшего перед ней, и усмехнулась. Сегодня слишком многие точно так же заливались румянцем, оказавшись с ней лицом к лицу, и до сих пор она просто относила это на счет чего-то витавшего в воздухе, словно Мотылек нашел способ распылить наркоту.

— Эй! — Она наклонилась вперед, сознавая, что это уже флирт. — Значит, ты работаешь с К. А.?

— Ага, — ответил Никс. — То есть нет. То есть я сегодня уволился.

Его наполняло странное чувство. Он никогда не рассказывал посторонним о своих делах — он и К. А. не сразу стал доверять, но в Ундине ощущалось нечто внушающее безоговорочное доверие, и рядом с ней он чувствовал себя в безопасности.

«Это ее глаза», — подумал он. Глядя в эти обрамленные пушистыми ресницами глаза, карие с уникальным лиловым оттенком, он знал, что может наконец отдохнуть.

— Уволился? — Она подняла брови. — Почему? Я думала, Джейкоб — классный мужик.

Никс умолк. Ему вспомнилось сияние, окружавшее Джейкоба, и впервые за месяц он ощутил при этом не только ужас. Впервые с тех пор, как он увидел ореол Джейкоба, в нем пробудилось нечто вроде внутренней силы, способности что-то изменить. Никс еще не понимал этого чувства, почему-то пришедшего к нему прямо сейчас, на вечеринке, среди незнакомых людей. Это было еще смутное, не оформившееся ощущение, пришедшее откуда-то из глубин, но рядом с Ундиной на него вдруг снизошел покой.

— Знаешь, это все мой финансовый консультант. — Пытаясь улыбнуться, Никс махнул рукой. — Говорит, пора заканчивать с мытьем посуды, реальные деньги можно сколотить на уборке мусора. В понедельник вступаю в профсоюз.

— Давай-давай! — поддержала она его.

Она готова была поклясться, что юноше не хочется говорить о том, что его беспокоит, но шутку оценила. Этот парень чем-то притягивал ее — но не в сексуальном смысле. Хотя, надо сказать, он показался ей привлекательным — широко расставленные черные глаза, гибкая, соразмерная фигура. В Портленде было множество парней такого типа, но в Никсе чувствовалось что-то еще.