‒ Устроили балаган, мать вашу! Еще хоть одно слово и в Царицын отправлю обоих туалеты драить в корпусе! А ты за мной, Соловей, ‒ и махнув согласно тому рукой, неспешно зашагал в нужном направлении. ‒ Не отставай…

‒ Кого почувствовал? ‒ с нетерпением спросил цесаревич, когда мы покинули пределы огромной разрушенной скульптуры. ‒ Кого-то сильного? Порождения Катаклизма? Изгои?

‒ Это тварь. Причем относительно сильная. Небольшую группу из шести архимагов она бы разорвала весьма легко, ‒ отозвался я, спокойным шагом продолжая свой путь прямо навстречу чудовищу.

И в это же время реанорское чутье начало о чем-то беспокойно сигнализировать.

‒ Настолько сильная тварь? ‒ невольно нахмурился юноша, а взгляд его стал угасать. ‒ Как британцы его пропустили? Ведь их форпост в нескольких часах пути отсюда.

‒ Вы умеете задавать нужные вопросы, ваше высочество, но боюсь, мы это скоро узнаем, ‒ хмыкнул серьезно я, ступая ногой на достаточно большой выжженный магическим выбросом пустырь. ‒ Точнее произойдет это… прямо сейчас.

И слова не разошлись с действием. Стоило мне закончить говорить, как в ту же секунду на противоположной стороне поляны появилась трёхметровая костлявая тварь, которая, завидев нас тотчас вспыхнула ярко-красным испепеляющим пламенем. И судя по количеству источаемой силы огня и смерти, это был не обычный мертвец. И даже не древний лич. Нет. Всё оказалось чуточку серьёзнее.

Будь Ваня жив, он бы оценил это порождением по достоинству. Ревенанты по своей сути для землян являются загадочными и в то же время смертельно опасными чудовищами. Светлые умы имперских исследователей относили их к очень редким видам мертвецов-магов, лишь с небольшим дополнением. Сила смерти вернула их обратно к жизни, и каким-то неизвестным чудом те умудрились сохранить в себе частицы своего резерва. В данном случае перед нами, похоже, находился некогда могущественный одарённый со стихией огня.

Но удивляло отнюдь не это. Удивляло то, что монстр был полностью невредим. Он ни с кем не вступил в схватку.

‒ Ревенант? Причем огненный… ‒ с неверием просипел Романов, невольно делая шаг назад и начиная готовиться к предстоящей схватке. ‒ Здесь? Британские изгои вконец ополоумели? Или специально его пропустили?

Специально пропустили? Возможно, но вряд ли…

Но прошлое удивление было не последним на сегодняшний день. Тварь замедлилась всего на миг, а воспламениться успела еще в движении. Всего за толику секунды скорость её стала на порядок быстрее, и неистово заревев, чем подняла знатный переполох в округе, та быстро продолжила свой путь.

Вот только происходящее было до невероятного странного. И лишь когда расстояние между нами уменьшилось более чем наполовину, я решил обратиться к своей эмпатии.