Официально числится в Плеяде Амурского княжества, как дорогостоящая магиня жизни по срочным запросам дворян. Младший витязь.

Во многих случаях и для разномастных командиров изгоев эти люди были бы просто идеальными кандидатами для вступления в любую группу. Правда, если бы не одно «но». Все они поголовно хунхузы с отменной, а главной чистой репутацией. Как я и рассчитывал, у клана Е были превосходно отобранные кадры. В моём случае это оказалась жизнючка-отравительница, земляк, специализирующийся на засадах и скрытых дел мастер.

Само собой вначале мой выбор пал на Долгорукова, Пожарского, Морозову или того же Орлова, Огинскую и Корецкого, но после пришлось провести работу над допущенными ранее ошибками. Их кандидатуры не годились. Сейчас мне не требовалась охота, как раньше. И посему наш отряд значительно увеличился до необходимой по договору с Мирославом нормы. Да и за этот месяц мы уже трижды тесно сотрудничали с отрядом Долгорукова, когда количество тварей превышало определенные нормы. Правда, у них. Ведь они располагались позади и чуть левее нас, пока наша группа была на острие того самого противостояния с британскими изгоями.

К тому эти трое были первыми, кто сам изъявил желание последовать со мной в стигму после прохождения обучения у Вадима, Леонида и Ванессы. Тем не менее, после смерти Эйгоу тёмный клан ослаб и заметно уменьшился. Многие попросту подались, а точнее сказать сбежали на вольные хлеба. Но после выполнения всех моих планов существование хунхузов более не требовалось. Шумиха уляжется и со временем тёмный клан навсегда исчезнет и останется от него лишь древний клан Е с разнообразными воителями и многообещающими магами для выполнения различных задач и скрытых операций на благо рода Лазаревых. Убивать таких мастеров своего дела оказалось бы расточительством. И это я молчу о том, что они всегда были на связи с Русланой и прочими вольными отрядами хунхузов-изгоев, которых я распорядился разместить в стигме для определенных целей. Если кратко, то при любом нашем возвращении в форпост Романовых, свежие данные о происходящих внутри осколка телодвижениях я получал из первых рук.

‒ А я с тобой! Твоего сражения я не пропущу, ‒ прогудел возбужденно парень и, оглядев округу, рванул впереди меня, попутно с этим быстро утирая кровь с лица. ‒ Ты кого-то почувствовал, да? Кого-то сильного? ‒ догадался внезапно цесаревич с широкой улыбкой.

Сучья кровь! Еще один фанатик на мою голову. Бездна, ему бы и вправду в изгои податься, а не в императоры.

После слов Ростислава весь отряд моментально оживился и с интересом уставился вначале на Романова, а после и на меня. Лишь Костров и Кертайс резко остановились и с надеждой посмотрели в мои глаза.

‒ Нет! ‒ отрезал холодно я.