— Как мило они засуетились, — тихо хихикнула мне на ухо Лера, когда мы прошли мимо камер и устремились по ковровой дорожке вглубь Имперского Дворца.

— Есть такое, — с полуулыбкой скосил я взгляд назад, где оцепление имперских военных по периметру стали зазывать подкрепление из-за начавшей бесноваться толпы.

Несмотря на всю эту показную шумиху, внимание и чуждые мне как Паладину аристократические игры и интриги, настроение было отличным.

Наше совместное появление вызвало даже больший эффект, чем я ожидал и это без Князей Воды и Молнии, которые прибыли отдельными кортежами.

Императорский Дворец встретил нас величественным холлом с резными колоннами, бесчисленным количеством снующих туда-сюда имперских подданных и колоссальным давлением купола безмолвия.

Здесь его эффект подавления стихии действительно ощущался даже отчетливее, чем на площади Единства. От одной только мысли обратиться к стихии сводило зубы и прошибало потом.

Ранее подавитель такого уровня я встречал только в Великой Башне, да и то, лишь на паре этажей, одним из которых были покои Магистров.

— Миленькое местечко, — беззаботно произнес я, осматриваясь.

Лера ответила мне натянутой улыбкой. Ей было явно не по себе без открытого доступа к родной стихии. И тот факт, что подавитель блокирует лишь агрессивную стихийную энергию, ее не успокаивал.

Пройдя тщательный досмотр на предмет запрещенных предметов, приятные молодые люди во фраках сопроводили нас в самое сердце Императорского Дворца — тронный зал.

Седовласый церемониймейстер громко объявил о нашем прибытии и титулах, стоило нам с Лерой переступить золоченый порог.

Валерия инстинктивно дернулась вперед, пытаясь уйти от внимания сотен обращенных на нас тяжелых взглядов, но я остановил ее и, взяв бокал с ближайшего подноса, беззаботно улыбнулся присутствующим.

Поборов секундную слабость, Лера сделала тоже самое и в ее взгляд вернулась аристократическая властность и отстраненность.

— Умничка, — шепнул я, и, выждав нужную паузу, мы медленно двинулись вперед по тронному залу.

Массивные двери за нами закрылись, и присутствующие вернулись к своим делам и разговорам.

Я нарочно прибыл последним. Во-первых, не люблю ждать. Во-вторых, это позволило мне сразу оценить по обращенным на меня взглядам, кто нам друг, а кто не очень.

— А нам тут не очень-то рады, — констатировал я итог своих наблюдений.

— Еще бы, — усмехнулась Лера, — пожалуй, впервые, в одном месте собрался весь свет аристократии. От нищих и вассальных аристо, от мощи и влияния которых осталась лишь запись в учебнике по истории, до древних Родовых домов, которые в обычное время предпочитают не отсвечивать и не вылезать на свет.

— А сейчас тогда чего вылезли? — поддержал я беседу.