В чате его компании слухи нехорошие ходят, – морщится Бергер, отводя взгляд.

– Какого рода истории и причем тут я? – уже начинаю волноваться, ведь чувствую, что дело серьезное.

– Не знаю точно, но лучше держись от него подальше, – напарник замолчал, глядя на меня через отражение лифта.

Сердце в груди переворачивается, а в животе все холодеет. Так вот почему Станислав Юрьевич так хотел оставить меня здесь и не брать на переговоры… Из-за каких-то неприятных слухов о будущем бизнес-партнере.

– Хорошо, я буду тише воды, ниже травы, – выдавливаю я слова из себя дрожащим голосом, стараясь подкрепить их дружелюбной улыбкой.

К счастью, прибыли на рабочее место мы куда раньше босса и сделали вид, что не опоздали. Я приготовила подошедшему после нас Авдееву кофе, пока Бергер решал вопросы с бумагами для переговоров.

В девять часов в приемной появились два мужчины: личный водитель (как я успела узнать) босса – молодой мужчина с рыжими волосами и не самыми лучшими шутками в арсенале; и начальник службы личной безопасности – мужчина с проседью на висках, довольно серьезного и представительного вида.

Мужчины сопроводили Авдеева (и нас заодно) до огромного черного внедорожника марки Range Rover.

С замиранием сердца от волнения села на заднее сидение рядом с боссом, и наш транспорт двинулся на другой конец города для переговоров.

Прислонился головой к тонированному стеклу, глядя на пролетающие мимо автомобили, и ощутил себя никчемной букашкой в банке. Вот только нерадивый «хозяин» забыл проделать в крышке дырочки, и я очень скоро задохнусь.

Весь этот пафос и море денег, на пару с ответственностью, неумолимо душат.

Что я здесь забыл? Зачем согласился на просьбу папаши?

Не знаю. Как бы все сложилось, не появись он в моей жизни?

Я вырос в детском доме, закалился уличной грязью и, как принято говорить, «плохими компаниями». Нашел любимое дело, хобби, приносящее небольшой нестабильный доход, а потом появился он. Сказал, что он мой отец и что сдал меня в детдом по глупости, после смерти матери на гонках. Ведь тогда он не был готов принять такую ответственность, но сейчас прозрел.

Задаривал подарками, сыпал деньгами…

Я его ненавидел настолько, что готов был избить до полусмерти. Крыл матом, слал на хер и все остальные известные адреса. Он был мне не нужен. Ведь как-то до этого я обходился без его попечительства и «отеческой заботы».

Но все в жизни склонно меняться.

Перевел взгляд на сидящего впереди Валерия Петровича, начальника отцовской, а теперь и моей личной, охраны. Хороший мужик, друг, опытный и очень рассудительный. Возраст почти пенсионный, а бодр как двадцатилетний парень.

Именно Валера тогда пришел в мой гараж и глухим басом сказал: «Надо поговорить», которое навсегда перевернуло мою жизнь с ног на голову.