Он поднимает взгляд от разложенных перед ним бумаг, замечая мое парящее присутствие. Он ничего не говорит, просто смотрит. Я чувствую, как его интенсивность обжигает мою плоть. Это заставляет меня нервничать, вызывает дискомфорт от пристального внимания.

— Я могу зайти попозже, если ты занят.

Я многозначительно смотрю на его работу.

Он дергает подбородком в сторону кресла рядом с собой.

— Садись. Нам нужно поговорить.

В моем животе образуется яма, понимая, что этот разговор не будет хорошим. Тем не менее, я сажусь и держу губы на замке, ожидая, что он объяснит.

Мои брови сходятся, когда я перевожу взгляд с него на бумаги и ручку, которую он почти тычет мне в лицо.

— Соглашение об издании. Поставь подпись.

— Я не знаю. Мне нужно, чтобы адвокат Кэт просмотрел это...

— Маккензи, ты действительно думаешь, что я заставлю тебя подписать что-то, что тебе не было бы выгодно? Просто, блядь, подпиши это, чтобы мы могли покончить уже с этим.

Я сглатываю от его тона, но киваю, зная, что он прав. Уверена, что он просмотрел документы, и его собственный адвокат тоже. Взяв у него ручку, я подписываю, мое сердце замирает от сделанного, но сейчас у меня на уме более важные вещи. Например, извиниться за то, что было раньше. Я все еще злюсь на Мию, но это не значит, что я не ошиблась. Прежде чем я успеваю что-то сказать, он пододвигает ко мне что-то еще.

Мои брови хмурятся в понимании, что это.

— Документ на дом? Для чего?

Я выхватываю его у него, листаю, мои глаза расширяются, когда я понимаю, что это значит.

— Подожди, это тот самый дом, который мы смотрели, когда я только прилетела сюда. Тот, о котором ты сказал, что он выгоден для инвестиционных целей. Я не понимаю.

— Он для тебя. Ребята многое у тебя отняли. Я многое отнял у тебя. Это мой способ отплатить.

— Баз... — шепчу я, слезы наполняют мои глаза, эмоции застревают в горле. — Не могу поверить, что ты это сделал.

Он пожимает плечами, избегая моего взгляда.

— И он твой. Ты не нуждаешься в моей помощи больше. Ты никогда не нуждалась. Но мы с тобой уже знаем это.

Мой желудок сжимается, когда я вижу, что он имеет в виду. Это моя свобода на бумаге. Это то, чего я хотела все это время, и он прав. Я не нуждалась в этом. Я знала, что он никогда не сделает мне ничего плохого, и хотя травля со стороны прессы беспокоила меня, я могла бы проигнорировать ее. Я просто использовала это как предлог, чтобы быть рядом с ним.

— Но... сми. Что, если мне все еще нужна твоя помощь?

Я хватаюсь за соломинку, делаю все, что в моих силах, чтобы зацепиться за него, и по выражению его глаз он видит это, но по какой-то причине отпускает меня. Снабдив меня всем, что мне когда-либо понадобится, так что мне не придется ни за чем бежать к нему. Он разрывает связь. Ставит точку.

Боль пронзает мою грудь, затрудняя дыхание.

— Нет.