Не люблю, когда на службе случаются всякие… Непредвиденные ситуации.

— Черепанов сказал, Таран нам все расскажет, — пожал плечами Малюга, — тогда чего гадать-то? Подождем боевого расчета. На нем все и узнаем.

— Так а чего ж ты первый начал спорить со мной? — С какой-то снисходительностью в голосе проговорил Семипалов.

— Потому что ты, Богдан, говоришь глупости. Это сразу ясно.

— Ну. Как рот не откроешь, обязательно оттуда у тебя какая-нибудь глупость вылетит.

Я не особо обращал внимание на спор бойцов, сидевших со мной за одним столом. Мысли все мои крутились вокруг Вадима Малинина — человека, которого я знал когда-то лично. Человека, прибывшего сегодня на Шамабад в составе группы «Каскада».

Познакомились мы с ним, в моей прошлой жизни, в восемьдесят первом году, но в декабре, а не весной, как сейчас.

Тогда я проходил срочную службу в ВДВ.

Пятьдесят шестая в то время стояла у города Гердез и оттуда вела боевые действия на всей территории Афганистана. Тогда мы уже готовились к штурму перевала Саланг, чтобы взять под контроль одну из главных транспортных артерий Афгана и обеспечить дальнейшее продвижение советских войск.

Группа, в которой приехал Вадим, прибыла к нам на базу.

Поначалу мы тоже не поняли, кто же эти ребята в гражданском. А картина была занятная: везде десантники ходят, а тут на тебе, приехали какие-то мужики в джинсах, свитерах да куртках.

Только потом я узнал, что это были парни из «Каскада».

Насколько я понимал, группа спецназа «Каскад» прибыла к нам с оперативными целями. Их главной задачей в то время была оперативная работа по пресечению любых попыток диверсий на пути следования советских войск через Саланг.

Тогда планировалось, что преимущественная часть снабжения ограниченного контингента Советских войск в Афганистане будет питаться через Саланг. Недопустимо было, чтобы враг предпринял хоть какие-то поползновения в сторону советских колонн. Своевременным выявлением этих злоумышленников и занимался тогда Вадим в составе своей группы.

Да только… Не прошло и трех месяцев после его прибытия к нам, как Малинин погиб при выполнении своего долга.

За это время, до его смерти, мы неплохо с ним сдружились. Он тогда был уже ефрейтором и исполнял в команде обязанности радиста.

Я был в то время еще зеленым рядовым.

Так вышло, что не один пуд соли пришлось нам съесть на двоих. Ни в одном боестолкновении вместе поучаствовать. Да только я пережил Афган, а Вадик нет.

Тогда рассказывал он мне, что получил серьезное ранение весной восемьдесят первого. Что пришлось ему быстро восстанавливаться, чтобы встать в строй. При каких именно обстоятельствах Вадима ранили, он не упоминал. На все вопросы отвечал уклончиво.