— Хорошо, – обрадовалась любопытная малышка, вскочила со стула, и вручила мне планшет. — Я готова. А что за вопросы?

— Прыгай сюда, – подозвал ее Лёша, а затем подхватил на руки, и усадил на колени. — Нам остаться, или вы наедине хотите с Марьяной поговорить?

— Можете остаться. У меня всего несколько вопросов. Итак, Марьяна, – голос женщины изменился, стал мягче, медовее, — скажи-ка, милая, ты часто остаешься одна дома?

— Одна? Не остаюсь, – помотала малышка головой.

— А тебе часто бывает скучно? Бывает, что ты просишь поиграть с тобой, дать занятие, а взрослые заняты своими делами?

— Мммм… нет, – пропищала Марьяна, улыбаясь.

— И чем вы занимаетесь с тетей Таней и дядей Лешей?

— С тетей Таней играем, иногда она со мной играет, иногда просто смотрит. А еще готовить учила. Мы зверей из теста лепили, тесто застыло и можно его раскрасить. Соленое такое тесто, – залепетала Марьяна словоохотливо. — Лошадку слепили, собаку, только собака оказалась на лошадку похожа. А у жирафа долго шея кривилась, пришлось толстой делать. Я читаю, и тетя Таня слушает. А дядя Леша мне сам читает, он разными голосами сказки умеет рассказывать.

Колесо научил делать, но тетя Таня его наругала, а мне понравилось. Весело – жуть. И еще…

— Понятно, – усмехаясь, перебила Мария Николаевна, и Марьяна надулась. — То есть, тебе весело? Хорошо с тетей Таней и дядей Лешей?

— Очень. Я их очень люблю, – малышка обхватила руку Леши, прижалась к ней щекой.

— И последний вопрос. Тебя никто не обижает? – довольно-таки аккуратно спросила Мария Николаевна.

Но я поняла скрытый смысл: не обижаем ли мы Марьяну.

— Нет. Ну, мы во дворе гуляем и мне один мальчик снега в капюшон насыпал.

А я ему снежком в лицо дала, – хихикнула Марьяна. — Не обидно получилось.

— А взрослые обижают?

— Я ведь маленькая, – возмутилась она. — Взрослые не могут маленьких обижать!

Ох, наивное создание… надеюсь, ты такой останешься надолго.

— Вопросов нет. Вы можете идти. Если дело дойдет до суда, и не вскроются дополнительные, порочащие вас детали, мы дадим положительную оценку, – тон Марии Николаевны стал деловым. — Но советую до суда не доводить, никто не знает, на чью сторону он встанет. Приоритет родной крови.

Постарайтесь как можно скорее уладить все. И… да, можете идти.

— Спасибо, – выдохнула я, и улыбнулась.

Подозреваю, улыбка у меня вышла безумная.

Леша заметно расслабился, опустил плечи, и подмигнул мне.

— Все, Пчелка. Полетели домой!

Я перешла на удаленную работу. Леше же приходится ходить в офис. А универ превратился в пытку.

Абсолютно каждый считает своим долгом высказать мне свое мнение, и объяснить, как я неправильно живу. Лешу это тоже коснулось, но в этой ситуации его характер ему помог.