Я даже произносила «люблю» вслух, шепотом в ночную пустоту. Он сказал, звонить ему в самом крайнем случае. И мне казалось, что этот случай наступил. Я больше не могла без него, не справлялась сама с собой. Иногда я отчаянно не понимала, за что люблю этого демона. Когда ненависть переросла в тоску и любовь? И не находила ответов на свои вопросы. Мое мертвое сердце вдруг ожило, и в нем нашлось столько места для любви не только к ребенку, но и к мужчине, которого я хотела уничтожить? Жалкая наивная девочка Лера никуда не делась, она по-прежнему верит в глупые мечты.

Это произошло неожиданно, настолько внезапно для меня, что я до пoследнего не верила, что не сплю.

С утра на работе мне неожиданно стало плохо, голова закружилась, в глазах потемнело. Сначала я думала, что вернулись приступы паники, но состояние было другое. Дышала глубоко, пытаясь работать и не обращать внимания на недомогание. А голова все кружилась, и перед глазами поплыло. Так и рухнула посреди кухни с тарелками в руках. Очнулась почти сразу, но кто-то уже вызвал скорую. Я не хотела в больницу, но повар настояла, сказав, что больные работники ей не нужны.

Вот принесу ей справку, что со мной все в порядке,тогда и возьмет назад на работу.

Всю дорогу в больницу мне измеряли давление и задавали кучу вопросов, но я уже пришла в себя, со мной все было хорошо. Тошнило немного, но я знала, что кофе на голодный желудок не приведет ни к чему хорошему.

Я не знаю, откуда в этом городе взялись такие дотошные врачи, но меня не отпускали, пока не взяли всевозможные анализы и осмотрели с ног до головы. Пока ждали результатов, я рассказала женщине врачу о панических атаках и вегетативном кризисе, предположив, что это очередной приступ.

А потом врач между делом, заполняя арту, поинтересовалась моим женским здоровьем и когда у меня последний раз была менструация. Я знала, что ее не было очень давно, с того момента, как я покинула дом лана, но с моими заболеваниями и раньше такое бывало. Может, не так долго, но были задержки и нарушение цикла. Потом мне пришлось долго рассказывать о моих диагнозах, пока женщина рассматривала уже готовые анализы и почему-то странно хмыкала.

– У вас есть все заключения о проблемах с женским здоровьем?"

"– Нет, - отвечаю, не понимая, зачем ей все это нужно.

- Со мной что-то не так? – мне не понравилась ее ухмыла, стало страшно – вдруг у меня большие проблемы со здоровьем, и я не смогу заботиться о Маше? А ведь я обещала девочке, что никoгда ее не оставлю.

– Я не знаю, что вам там наговорили и кто ставил такие категоричные диагнозы – это уже не мне разбираться, а вашему гинекологу, но вы беременны, дорогая моя, примерно двенадцать недель.

Я даже не удивилась. Внутри что-то больно кольнуло,и я рассмеялась как сумасшедшая.

– Этого не может быть.