Выкатывают чемодан в коридор, надеваю пальто и жду лана, слыша, как он недовольно обсуждает какие-то дела.

– отова? – спрашивает он, выходя в прихожую.

Киваю в ответ и надеваю пальто. Алан проходит в зал, берет мой ноутбук, сам подхватывает чемодан и выходит из квартиры, доверяя мне нести только сумку. Когда я запираю дверь, он забирает у меня ключи и пpячет их в кармане. Мы быстро спускаемся, Алан закидывает мой чемодан в багажник, открывает заднюю дверь, забирает мою сумку, оставляет ее вместе с ноутбуком на пассажирском сиденье.

Я открываю дверь, но резко оборачиваюсь, когда слышу голос Маши.

Девочка плачет,и в первые секунды я застываю на месте, не понимая, что происходит. Машу держит за руку какая-то женщина в форме и ведет к белой машине. ядом с ней пара мужчи, в руках которых какие-то папки с документами. А за ними из подъезда выходит высокая черноволосая женщина лет тридцати,и мне кажется, что она пьяна, потому что ее немного шатает. На улице холодно, а на женщине тапочки и халат, он расходится на большой груди, обнажая ее нижнее белье, но ей похоже все равно. Ее волосы растрёпаны, на лице смазанная косметика. Она что-то говорит мужчинам, тычет какой-то бумажкой, но те совершенно не обращают на нее внимание.

– Вера, сядь в машину! – настойчиво просит Алaн, но я не реагирую, симая дверцу.

Маша плачет сильнее, размазывая слезы по лицу,и не хочет садиться в машину, смотря на меня, как на единственное спасение.

– Что происходит?! – спрашиваю я у Алана, не в силах оторвать взгляда от девочки.

– Это органы опеки, видимо, забирают ребенка у мамаши шлюхи, – так спокойно отвечает он, словно это в порядке вещей, обхватывает меня за талию пытаясь затащить в машину.

- Вера, сядь немедленно в машину! – уже со злостью проговаривает он и насильно впихивает меня на сидение.

Он пытается захлопнуть дверь, но я ставлю руку и продолжаю смотреть на Машу, котoрая уже вырывается от тетки и бежит к матери, хватается за ее помятый халат и просит не отпускать.

– Боже, ну сделай что-нибудь,ты же можешь! – прошу я Алана, пытаясь вырваться из машины и бежать к девочке.

Хочется отнять ее у этих людей, прижать к себе, никому не отдавать и пообещать, что все будет хорошо. Сердце сжимается, когда я, наконец, осознаю, что Машу забирают у нерадивой отвратительной мамаши, которая не особо за нее борется,только ругается матом и угроает, не обращая внимания на ребенка, который цепляется за ее ноги.

– Вера, ее просто заберут туда, где ей будет лучше!

Алан толкает меня в машину и захлопывает дверь. Он быстро садится за руль, заводит двигатель и незамедлительно выезжает со двора. Я не знаю, что на меня находит, но меня накрывает истерикой от переживания за ребенка. Ведь этой маленькой нежной девчушке совсем не будет лучше в детском доме.