Округлые полушария кажутся теперь наливными яблочками, только что упавшими с ветки. Будто на солнышке подрумянились и налились краской.

Слегка наклоняюсь и любуюсь на её нежные розовые складки. Дотрагиваюсь пальцами. Горячие. Влажные.

Блядь. Да ей всё это нравится?

Заводит её моя сила и власть. Над её телом и жизнью.

- Ты течёшь, Лира, - удовлетворённо усмехаюсь я.

Большим и указательным пальцем раздвигаю складочки. Они оказываются скользкими и ароматными.

Девчонка снова ёрзает, будто выпрашивая продолжение. Подставляется под пальцы своей маленькой беззащитной киской.

Нажимаю на клитор, обвожу по кругу. Чёртова Зверушка стонет так сладко и протяжно, что у меня в голове что-то переклинивает.

Обычно мне плевать на удовольствие сучек, которых трахаю. Но сейчас всё не так, как обычно. Эта наглая лгунья рождает во мне азарт.

Забываю про наказание. Про то, что хотел испытать её на прочность и не дать кончить.

Нет. Сейчас мне хочется увидеть то, как её маленькое тело затрясётся от неконтролируемого оргазма. Хочется, чтобы у неё крышу сорвало.

Давлю ей на голову и обвожу по кругу никем не тронутый вход. Такой маленький и узкий. Представляю, как он растянется, когда я засажу в него свой член. Тогда уже будет приятно не ей, а мне.

Дразню пульсирующий клитор. Она начинает неосознанно тереться о мою руку в такт движениям. Её пленительная неопытность и доверчивость просто обезоруживают. Лишают привычной защиты

- Ты так стараешься, что скоро дослужишься до полноценного звания моей шлюхи, - одёргиваю её я. - Шлюха Палача. Теперь звучит заманчиво, правда?

Она нервно вздыхает. Всхлипывает.

Наверное ненавидит Палача. Оно и к лучшему. Не хочу, чтобы меня любили - хочу, чтобы подчинялись.

Я погружаю палец в её киску всего на пару сантиметров. Тесно. Охуенно тесно.

Двигаю пальцем внутри. Дырочка довольно хлюпает в ответ.

Лира начинает подрагивать. Ладошки то и дело сжимаются в кулачки. Мой конец воинственно упирается в ткань брюк. Не могу больше терпеть.

Вынимаю палец из сочной девочки и провожу им чуть выше - около другого входа.

Лира испуганно дёргается, и начинает умолять меня:

- Нет... прошу... не надо... это уже слишком!

- Я не знаю слова "нет" и слова "слишком", - отрезаю я. - Это будет остро, - я надавливаю на звёздочку попки. - Но тебе понравится.

Он меня покоряет. Не могу противиться властности в его голосе.

Ненавижу себя за желание. Пытаюсь помнить, что тот, кто сейчас так порочно и жадно гладит меня - моральный урод. Безжалостное чудовище, которое умеет причинять людям лишь боль и страдания. Он считает меня своей игрушкой, и не более того. И, конечно же, с удовольствием сломает меня, когда ему надоест эта игра.

Его палец, смоченный в моих соках упрямо тычется в мою попку. Палач разносит влагу и надавливает сильнее.