Грёбанный ребёнок в планы Палача уж точно не входит!

Я смотрю в наивно улыбающееся лицо пацана. А ведь он немногим старше возраста, в котором был я, когда со мной случилось то, что навсегда изменило мою жизнь…

Отбрасываю фотки в сторону. Чёрт!

Запускаю руки в волосы. Мне просто нужно придерживаться плана. Не делать лишних телодвижений.

Прикрываю глаза. Перед мысленным взором тут же встаёт перепачканное пылью и слезами лицо Лиры.

"Я не могла поступить иначе... у Старого... мой брат!"

Мотаю головой, чтобы избавиться от этих образов.

Встаю и иду к выходу.

Мне нужно просто заняться своими делами.

Без него я чувствую себя уязвимой.

Спальня Палача – моя тюрьма. И одновременно убежище. Её стены будто тонкий брезент палатки защищают меня от бури, которая разыгралась снаружи. Я чувствую порывы ужасающего ветра, ударяющие в прозрачную ткань. Как скоро они снесут меня вместе с моим укрытием?

Встаю и подхожу к шкафу. Я обнажена и от этого чувствую себя ещё более незащищённой.

Открываю дверцу. Передо мной ровные ряды белоснежных рубашек на вешалках.

Выбираю одну наугад и надеваю. Рубашка пахнет свежестью только что постиранной одежды. Заворачиваю слишком длинные рукава до локтей и возвращаюсь обратно в постель.

Закрываю глаза и пытаюсь заснуть. Тело кажется ужасно тяжёлым. Все мышцы ноют. Но сон так и не приходит. Я ворочаюсь из стороны в сторону, пытаясь ни о чём не думать.

Но, как на зло, в голову лезут самые ужасные мысли…

Что если… Палача убьют?

Вся его жизнь – это сплошной риск. Что будет, если его грудь пронзит шальная пуля?

Всё тело содрогается от одной только мысли.

Ведь сейчас ОН – единственное, что отделяет разгневанных людей от меня… И если его не станет, то тогда… не станет и меня.

Уверена, Леван убьёт меня, как только исчезнет преграда в виде босса. И он не сделает это быстро. Сперва заставит заплатить за все мои грехи… а потом… потом, возможно, я и сама начну умолять о смерти.

Да, Палач был прав. Есть вещи и похуже смерти.

Мои метания по кровати прерывает тихий стук в дверь.

Вздрагиваю. Это не Дамир. Он бы стучать не стал. Сердце начинает бешено колотиться.

«Меня не тронут. Он сказал, что меня не тронут.» - убеждаю я саму себя, пытаясь быть храбрее, чем есть на самом деле.

- Войдите, - охрипшим голосом разрешаю я.

Ручка двери опускается вниз и на пороге появляется… Ирма с подносом в руках.

Я громко выдыхаю с облегчением.

Женщина плотно прикрывает за собой дверь и проходит в комнату.

Ставит поднос на прикроватную тумбу и смотрит на меня.

- Спасибо… - тихо говорю я. – Но… я не голодна.

- Поесть тебе бы не мешало, - отзывается женщина.

Она кажется, как и всегда, хмурой и серьёзной, однако, в её глазах я улавливаю ещё что-то. Какое-то новое беспокойство. За меня переживает?

Сажусь в кровати и смотрю на неё.