Я будто долбанный работник офиса после трудового дня спешу вернуться к семье.

Одёргиваю себя. Мне ни к чему это счастье взаймы. Нужно быть реалистом.

- Кстати, - уже около двери Леван оборачивается. - Я сегодня общался с нужными людьми. Всё устроено.

Я молчу, хотя прекрасно понимаю, о чём он говорит.

- Завтра вы можете с ним увидеться, - продолжает Леван.

- Хорошо, - наконец выдавливаю из себя я.

- Думаю, она будет рада, - лицо помощника становится злорадным. - Сперва.

Сцепляю челюсти до хруста в зубах.

- Скажете ей сегодня? - интересуется он.

- Нет, - стараюсь говорить холодно и ровно. - Пусть узнает завтра.

- Пацана тоже лучше взять, - говорит Леван. - Для пущего эффекта.

- Да, - киваю я и отворачиваюсь. - Пора семье воссоединиться.

Вдыхаю пропитанный дымом воздух.

Глаза отчего-то начинают слезиться. На губах всё ещё остался вкус её блеска для губ. Вишнёвый.

- Ты знаешь? - голос Лиды тихий. Я с трудом различаю его в гуле других голосов. - Ты знаешь...

Её щёки становятся неестественно красными, и она отводит в сторону печальный взгляд.

- Лида... - хочу сказать что-то ободряющее, но не знаю, что подойдёт лучше.

Я тоже люблю её. Но совсем не так, как она.

Я люблю её как сестру. Как близкого человека... Лида для меня семья... И мне охренно больно разочаровывать её.

На минуту я даже забываю про ссору с Андреем... забываю про свою патологическую жажду мести... Смотрю на неё. Кажется, будто все люди в мире исчезли. И есть только мы. Две израненных, страдающих души.

Невыносимо осознавать, что причиной её страданий являюсь я.

Когда я дал ей надежду? Был ли такой момент?

Быстро прокручиваю многочисленные воспоминания из нашего детства и юности.

Все те вечера вдвоём... игры... то, как Лида ждала меня после школы, чтобы вместе пойти домой... то, как она смотрела... Чёрт. Уже тогда. Всё началось уже тогда...

- Послушай, - говорю я, а руки застывают в сантиметре от её кожи. Я теперь даже дотронуться до неё боюсь. - Если я когда-то вёл себя неподобающе... или дал ложную надежду...

Тщательно подбираю слова, внезапно резко трезвея. Однако, несмотря на мои попытки говорить мягко, во взгляде сестры сверкают молнии.

- Да не смотри ты на меня так! - взрывается она. Вижу, как маленькие ладошки девушки сжимаются в кулаки.

- Как? - поднимаю брови я.

- С жалостью! - продолжает она на повышенных тонах. - Будто я... побитая собака!

Былая нежность в её взгляде сменяется ненавистью.

- Лида, - начинаю в свою защиту я. - Ты... ты не собака, ты моя сестра... и ты ещё маленькая... наверное сама не понимаешь, что говоришь...

Хочу дать ей место к отступлению. Если сейчас она ухватится за мои слова… если скажет, что просто сказала что-то не то…

Но Лида и не думает воспользоваться этим шансом.

- Я? Маленькая?! - кажется, что каждое моё слово только усугубляет положение.